Погода в Райчихинске

пгт. Прогресс и его люди в истории посёлка

pamyatnik kivdaЕсли бы ещё каких – то пять лет назад мне сказали, что я заинтересуюсь историческими событиями, происшедшими в посёлке Кивда в 1919 году, я бы не поверила.  Но так случилось…

Мне, человеку, родившемуся во второй половине XX века, трудно представить, что в месте, рядом с которым я сейчас проживаю, в далеком 1919 году шли бои амурских партизан и китайских рабочих против японских интервентов. Наверное, для полного осознания какого – либо события нужно перешагнуть определенный возрастной рубеж…

О героических событиях в посёлке Кивда в начале XX века напоминает памятник. Именно к этому месту что-то привело меня в 2011 году. Сразу возник вопрос: «А кто же захоронен в этой братской могиле?», потому что на обелиске оказалась памятная доска с надписью следующего содержания: «Здесь покоятся 16 красных партизан, павших в 1919 году в борьбе за освобождение Дальнего Востока от японских интервентов. В числе погибших 6 китайских товарищей».

Воспоминания из детства (когда я часто бывала у бабушки в Кивде) рисовали мне другую памятную доску с фамилиями и именами захороненных… Все мои сомнения помогла разрешить жительница поселка Новорайчихинск Григорьева Екатерина Егоровна. Она передала мне вырезку из  газеты «Горняк» № 30 от 19 июля 2003 года  с материалом корреспондентов Светослава и Аллы Ильиных «Кивда – начало Райчихинского угля».  В  статье написано и о памятнике: «Вот вырывается из-за поворота заросший до самой верхушки обелиск. Первая остановка – у него. К сожалению, время безжалостно к прошлому. Как и люди. Обелиск ветх, а все металлические доски с именами захороненных сорваны. На деле – это братская могила 16 партизан, погибших в борьбе с белогвардейцами и интервентами в 1919 году. Время сооружения памятника - ноябрь 1957 года. Здесь захоронены красногвардейцы и рабочие шахты посёлка Кивда, погибшие в годы Гражданской войны от рук японских интервентов и белогвардейцев. Вот их имена:

Анищук Андрей (политический  ссыльный моряк Черноморского флота, большевик, работал на шахте,  организовал отряд красноармейцев из шахтёров)

Ахлюстин Михаил (шахтёр)

Зоркальцев Дмитрий (отец)

Зоркальцев Фёдор (его сын)

Торондов Иван (красногвардеец)

Сидоров Иван Степанович

Сидорова Анна Егоровна (были арестованы и расстреляны)

Сидоров Иван (сын, был убит в бою с японцами под Грибовкой Архаринского района в 1919 году)

Шесть китайцев-рабочих Кивдинской шахты (один из них, Иван – погиб с оружием в руках, как  красногвардеец)».

Для подтверждения достоверности  данных, полученных из статьи, я  обратилась в библиотеку БГПУ, где мне предоставили книгу Н.Л. Горкавенко и др. «Памятники истории и культуры Амурской области», где я прочитала следующее: «Посёлок Кивда Райчихинского горсовета.

3.2. Братская могила партизан (Ист.).

На окраине посёлка.

В 1919 году в бою с японским карательным отрядом погибло 16 шахтёров-партизан и 6 бойцов-интернациалистов из отряда Аксёнова. Известно несколько фамилий погибших: А. Анищук, И. Ахлюстин, Д. Зоркальцев, Ф. Зоркальцев, И. Таредонов, И. Сидоров, А.Е. Сидорова, И.И. Сидоров.

В 1957 году по инициативе жителей посёлка на могиле установлен обелиск в виде трёхступенчатой четырёхгранной усечённой пирамиды, увенчанной пятиконечной звездой».

Разные данные – разные сведения: я увидела неточности в именах и фамилиях погибших.  Решила обратиться за помощью в ГУ Амурской области «Государственный архив Амурской области» в августе 2011 года. В душе теплилась надежда на то, что в архиве области найдутся биографические сведения о погибших в Кивде. Как точно отметил виднейший мыслитель Ральф Уолдо Эмерсон: «Нет настоящей истории, кроме биографии». Но получила ответ следующего содержания: «Большое спасибо Вам за неоценимый вклад в дело сохранения историко – культурной памяти наших земляков по истории Гражданской войны на Дальнем Востоке.

К большому сожалению, в фондах: Коллекция «Амурцы – участники Гражданской войны на Дальнем Востоке», Амурский областной музей краеведения им. Г.С. Новикова – Даурского, Амурский областной военно – полевой коллектив рабоче – крестьянской армии и личных фондах участников Гражданской войны в Амурской области, не сохранилось документов по истории партизанского отряда Аксенова, поэтому предоставить биографические сведения о погибших членах отряда Аксенова не имеем возможности. Заместитель директора: С.П. Болотова».

«Неужели ничего нельзя узнать о людях, которые ценой своих жизней спасали свою малую Родину от врагов?» - задала я себе вопрос…

Вернулась я к вопросу восстановления биографических сведений погибших в поселке Кивда партизан только в феврале 2014 года. Теперь мое обращение было направлено в Федеральное казенное учреждение «Российский государственный исторический архив Дальнего Востока». Последовал следующий ответ: «Уважаемая Ирина Анатольевна! На Ваш запрос сообщаем, что восстановить данные о захоронении членов партизанского отряда Аксенова, действовавшего в районе селения Кивда Михайловской волости Амурской области в 1919 г., по материалам Российского государственного исторического архива Дальнего Востока не представляется возможным. Директор архива: А.А. Торопов».

Совсем недавно я побывала в МБУК «Краеведческий музей» городского округа города Райчихинска. Вот какую информацию вокруг событий в Кивде в 1919 году мне предоставили: «В ночь с 18 на 19 марта  1919 года в Кивдинский посёлок вступила партизанская армия под командованием Генриха Станиславовича Драгошевского, совершавшая поход через Ильиновку и Райчиху на север области - в тайгу. Партизаны здесь получили военную поддержку. Шахтеры с радостью встретили партизан, и в их армию влилась почти вся рабочая молодёжь посёл­ка в составе 70 вооружённых бойцов. Из них была сформирована шахтёрская рота. Через два дня на Кивдинских сопках появились японские отряды. Чтобы сохранить недостаточно вооружённую армию от разгрома, партизанам пришлось спешно отступать, и они повернули свои обозы в сторону железной дороги. На окраине по­сёлка завязался скоротечный бой: отход партизан прикрывали шахтёры.

Погибших в том бою партизан похоронили в братской могиле и установили обелиск, на котором указано

«Здесь покоятся шестнадцать павших в 1919 году в борьбе за освобождение Дальнего Востока от японских интервентов».

Из воспоминаний участника Гражданской войны на Дальнем Востоке Григория Осиповича Паланского:

- В мае – июне 1918 года по железной дороге в сторону Владивостока двигались эшелоны с пленными чехославаками. Спровоцированные белогвардейщиной, они выступили с оружием в руках против молодой Советской власти. Дальневосточное бюро большевиков во главе с товарищем Краснощековым обратилось к рабочим железной дороги, шахт и других предприятий выступить в защиту Отчизны. Начали создаваться красногвардейские отряды. Ушёл и я в Красную Гвардию. Фронт не выдержал натиска. Началось отступление наших войск в Амурскую область. Забайкалье было занято японцами и войсками атамана Семенова. Так я оказался на угольных копях Кивды.

Генрих Станиславович Дрогошевский сформировал шахтёрскую роту, в которую вступили почти все рабочие Кивды, способные носить оружие. Я был зачислен в конную разведку.

В те дни на подступах находились японцы. Вскоре они захватили Кивду. Интервенты бесчинствовали в поселке. Были смертельно ранены шахтеры Ахлюстин Михаил, Анищук Андрей. В бараке № 24 за хранение винтовки были убиты японцами отец и сын Зоркальцевы. Зверски замучен на Кивдинских копях уроженец села Антоновка Федот Горенко, убиты несколько китайцев, сочувствовавших советской власти и шахтер Тарадонов.

У села Грибовка Архаринского района был убит в бою с японцами Иван Сидоров. За то, что сын ушёл в партизаны, белогвардейцы арестовали шестидесятилетних родителей Ивана и вскоре казнили их.

Под селом Бочкарево (ныне Белогорск) был убит в бою шахтер Михаил Сорокин.

Партизанский отряд под командованием Г. Драгошевского в марте 1919 года вырос до 7 тысяч человек. В бою под Чудиковской, что находится между станциями Ледяная и Шимановская, был полностью разгромлен отряд интервентов из 2 тысяч человек. После этого боя наш отряд пополнился двумя трофейными полевыми орудиями, пулемётами, винтовками и боеприпасами. Но и со стороны партизан были значительные потери: много раненых, обмороженных. Каратели наседали.

Командование отряда приняло решение о роспуске отряда. Предписывалось мелкими отрядами продвигаться к родным местам для накопления сил и нового штурма. Такое разделение произошло в деревне Селикан у станции Шимановская» (1970).

…И опять только обрывочные сведения, а о погибших китайских рабочих вообще нет никакой информации.

Обращаемся к бывшим жителям поселка Кивда, к родственникам погибших в 1919 году с просьбой поделиться воспоминаниями о том далеком времени. Давайте вместе восстановим биографические сведения наших земляков – героев Гражданской войны. Это нужно нам, нашим детям и внукам, потому что народная мудрость гласит: «У народа, который забыл свою историю, нет будущего».

Просьба с информацией обращаться по телефонам: 8-961-958-74-65, 2-44-82

Ирина Швед

Фото автора

Karezina Svetlana KonstantinovnaСовременный мир диктует свои условия. Мы стараемся как можно больше успеть за день, неделю, месяц, год. Решаем проблемы на работе, в быту, не замечая порой, что самое удивительное – рядом. И этим удивительным порой бывает то дело, в которое ты вкладываешь частичку своей души…

Я хочу познакомить читателей с молодой, симпатичной женщиной, прекрасной женой и матерью, инструктором по труду Новорайчихинского детского дома и просто кукольницей Карезиной Светланой Константиновной.

- Светлана Константиновна, расскажите, как возникла идея создания таких удивительных кукол?

- Куклы несли всегда в себе смысловое значение: например, домовой - это хранитель дома, Баба-Яга – ведунья, очень умная женщина, приносит в дом любовь, оберегает детей… Можно не обратить внимания на картину, на топиарное дерево, но на игрушку, выполненную в техниках скульптурный текстиль или сухое валяние, невозможно.  Она обязательно позовёт, привлечёт твоё внимание.  Так и случилось со мной. Я перепробовала все виды рукоделия, в том числе вышивку, вязание, но это оказалось не моим. Случайно в Интернете натолкнулась на куклу, сделанную из капрона, и вот уже 1,5 года это занятие меня не отпускает.

- Я знаю, что у Вас есть семья, Вы работаете инструктором по труду в Новорайчихинском детском доме. Когда Вы успеваете заниматься таким трудоёмким, кропотливым делом – изготовлением кукол?

- По ночам, по-другому не получается. Порой, если увлекусь куклой, могу просидеть и до трёх, и пяти часов утра. Днём – другие заботы…

- Светлана Константиновна, а как относятся к Вашему увлечению муж, дочь, ведь практически всё свободное время Вы тратите на кукол?

- Муж и дочь поддерживают меня, одобряют новые идеи. Вот даже сейчас…

В это время муж Светланы Константиновны принёс подставку для очередной куклы «Восточная красавица»…

- …  Эта красотка  пока в процессе работы…  Кукла, безусловно, преобразится: появится красивое платье, расшитое бисером, украшения, тапочки, макияж. И всё в восточном стиле.

- Светлана Константиновна, в социальных сетях фотографий с Вашими работами огромное количество, а дома очень мало…

- Вы сами и ответили на свой вопрос. Дело в том, что через социальные сети мне поступает очень много заказов. И хотя цены на мои игрушки высокие (минимальная стоимость – 1, 5 тысячи рублей), куклы быстро раскупаются. Цена – не моя прихоть, приходится в такую красоту вкладывать много средств: синтепон (только на «Восточную красавицу» его ушло 6 метров), капрон, ткань, бисер, бижутерия, тресса (волосы), различные аксессуары, акриловые краски… А это всё деньги.

- Ваши работы отличаются от работ других мастеров – кукольников?

- Конечно. Ведь у каждого мастера свой почерк, своё видение мира. Поэтому и у кукол разный характер, судьба, присущие только им. Куклу невозможно скопировать, она как часть тебя…

- Светлана Константиновна, расскажите, пожалуйста, о своей первой игрушке.

- Первой куклой, которую я выполнила в стиле скульптурный текстиль, был оберег – машинный домовёнок Вениамин. Он  живёт у нас в машине и оберегает нашу семью в поездках. Муж сказал, что первые мои работы должны обязательно остаться дома, вот Вениамин и остался.

- Если администрация муниципалитета рабочего посёлка (пгт) Прогресс  предложит Вам участие в персональной выставке…  

- Я соглашусь. Только предложение должно поступить заранее, чтобы я могла подготовиться. Вы видите, что готовых работ в наличии нет, а чтобы сделать хотя бы одну куклу, необходимо время. Делать, как попало, я не привыкла.

- Светлана Константиновна, любой ли человек может заняться изготовлением кукол?

- Думаю, что нет. Не хочу никого обидеть, но для того, чтобы изготовить куклу, необходимо терпение, необходима целеустремлённость, наконец, необходимо просто хотеть творить. Повторюсь, что это дело затратное, как по времени, так и по материальным средствам. А ещё нужно обладать художественным вкусом, уметь рисовать, а это не каждому по силам.

Да, действительно, чтобы создать такую красоту, нужно влюбиться в каждое творение, подарить частичку души каждой кукле.  У Светланы Константиновны это получается. Наверное, поэтому так лукаво подмигивает мне Баба-Яга, а у озорной и сексапильной медсестрички точно не будет отбоя от больных, восточная красавица завоюет все мировые титулы красоты, а лошадь, спустя мгновение, унесётся в бескрайнюю степь…

Покидая квартиру моей собеседницы, я ощущала какое-то тепло. Может оно исходило от лучезарной улыбки самой хозяйки. Может, тепло мне дарили куклы, сверкая своими глазами-бусинами. В любом случае, большое спасибо, Светлана Константиновна, за возможность прикоснуться к прекрасному. Творческих Вам успехов. Продолжайте радовать окружающих своими работами!

Автор: Ирина Швед

Фото из личного архива Светланы Карезиной 

1941 год ждала с нетерпением. В школу, так хотелось ходить в школу. Читать и писать я уже умела благодаря родителям. Мама, Софья Владимировна, была учителем начальных классов, папа, Тимофей Афанасьевич, учитель физики и математики, директор школы. «Всему свое время», - успокаивала меня мама. И я терпеливо ждала начала учебного года.

22 июня  голос Левитана из репродуктора сообщил, что началась война. А я про себя думала: «Война, ну и что, зато я скоро пойду в школу».

Вскоре в село Льва Толстого Калужской области,  где мы жили,  начали приходить повестки из военкомата. Забрали и отца. Долгожданный звук первосентябрьского колокольчика уже не казался таким долгожданным и счастливым. Вскоре начались бомбежки. Мальчик Ленька из соседней квартиры, как и многие другие,  погиб под шквальным огнем. В доме не прекращался женский вой. Бомбежки продолжались. В ноябре в село вошли оккупанты.

Сгорел наш дом. Мама, вместе с четырьмя маленькими детьми, перешла в соседнее село, к бабушке Серафиме.  «В тесноте, да не в обиде», - приговаривала бабушка, размещая нас в тесной комнате на полу. В зале у нее  жили три немецких офицера. Зима сорок первого выдалась на редкость морозной и… голодной. С братьями мы наблюдали, заглядывая в окно бабушкиного дома, как отмечают Новый год офицеры: хлеб, тушенка, шоколад. В животе крутило от голода. И хотя Серафима ежедневно наказывала: «Даже не вздумайте что-нибудь украсть у постояльцев. Убьют!», в новогоднюю ночь мы решили устроить праздник для нас. Под страхом смерти – украли шоколад. Каким необычайно вкусным он показался нам тогда!

В сорок втором  советские войска стали теснить врага. Стали отступать оккупанты и из нашего села. Из всех домов стали сгонять односельчан в здание комбината. «Киндер кляйн, киндер кляйн», - вся в слезах обращалась баба Сирафима к немцам-постояльцам, держа на руках нашу маленькую сестричку. «Мы спрячемся в подполе.  Следы заметем. Никто ничего не узнает». Офицеры, переглянувшись,  одобрительно покачали головой.

Из холодного темного подполья мы вышли лишь через сутки. Все село сгорело. Лишь черные трубы печей в сгоревших домах одноглазо смотрели в небо.

Комбинат успели разминировать. Люди остались в живых, но без крова, без одежды и еды. Как мы выжили? Я сама себе очень часто задаю этот вопрос. Значит, было не время, значит, нужно было жить.

Война закончилась. В 1947 году отец, офицер Советской Армии, пройдя войну с Германией и  Японией, увез нас на Дальний Восток в село Сергеевка Приморского края, затем в город Уссурийск.

По окончании школы вместе с подружкой мы решили поступать в Благовещенский педагогический институт, факультет русского языка и литературы.

- Почему я пошла на этот факультет? – часто задаю себе этот вопрос. – Ведь я же очень любила географию?

- Так получилось! Судьба!

 Студентками часто приезжали на выходные в Архару к знакомой. На танцах ко мне подошел  молодой человек. «Николай!», - представился он. «Ничего, симпатичный», - подумала я.

По распределению, после окончания института, я попала на работу в школу села Богучан  Архаринского  района Амурской области. Как тщательно я готовилась к началу первого своего  урока! Волновалась так, что дрожали коленки. Сорок пять минут урока промчались незаметно, прозвенел звонок.  «Ух!» - выдохнула я, присев на учительский стул. «Вроде бы получилось!».  Вот так и началась моя педагогическая деятельность.

Николай продолжал мне оказывать внимание, а 16 сентября 1956 года мы  поженились.  Я настояла на том, чтобы муж получил педагогическое образование и стал учителем трудового обучения. Два педагога в семье – это, прежде всего, понимание. Так и получилось. Приехав в поселок Прогресс, мы устроились на работу в школу № 20. Подрастали  дочь Ольга и сын Сергей.  По вопросу их воспитания – мы не спорили. Один наказал, другой – не заступается и не жалеет.  Справедливо. Муж старался всячески помогать  и поддерживать меня. Приготовить обед – для него и сегодня не проблема.

Как и многие в поселке, на дачном участке мы садили картофель и овощи, на зиму – делали заготовки. Продолжали работать в школе.

Педагогическая деятельность очень сложная, но, в тоже время, интересная. Я нисколько не жалею о том, что выбрала профессию «учитель». Классные часы, походы, зарницы, соревнования между классами, подготовка к самодеятельности… Дни  летели незаметно. Русский язык и литература – предметы одни  из сложных. Ни многим моим ученикам  они давались легко. Приходилось оставаться после уроков и «подтягивать» отстающих. За десятилетия работы я не оставила на второй год ни одного своего подопечного. Сочинения, сочинения, сочинения, кипы тетрадей. В каждом классе по сорок человек. Ежедневно  я ложилась спать не раньше трех часов ночи.  «Может, бросить все это?», - спрашивала я иногда себя, уставшую и вымотанную. Но  рабочее утро вновь озарялось улыбками и смехом моих учеников, привычной суетой перемены.  «Конечно же, нет!» - отвечала я себе с улыбкой. Из школы № 20 перешла в школу № 4, оттуда и  ушла на пенсию. Много лет уже не преподаю, а в душе остаюсь учителем.  Поэтому, в  преддверии профессионального праздника  хочу поздравить всех ветеранов педагогического труда, учителей с Днем учителя. Здоровья, счастья, благополучия всем, а главное – терпения. И тогда, все обязательно получится. С праздником!

Записала Ирина Кашуба 

daineko anna petrovnaХотя и живём в одном посёлке, не виделись мы с Анной Петровной, наверное, года два. И вот открыла мне дверь маленькая поседевшая женщина, но её улыбка сразу сказала о том, что это тот же человек, который не теряет оптимизма в любой ситуации, который отдал всю свою сознательную жизнь на благо своей малой Родине – посёлку Новорайчихинск.

Расположившись уютно на диване в комнате, мы затеяли с моей собеседницей нехитрый разговор о жизни…

«Моё детство пришлось на войну»

Родилась Анечка 8 сентября 1940 года в селе Малмыжка Мамадышского района Татарской ССР. Хотя непосредственно в этом районе не было боевых действий, все тяготы войны семья Ани почувствовала на себе. Яркое воспоминание из военного детства: бабушка (мама отца) лепит из лебеды лепёшки… От голода спасал огород, была и небольшая живность: овцы, гуси. Самое главное, что рядом были родные люди: мама, брат и бабушка. «Отца я не помню… По разговорам с мамой знаю, что он был первым председателем колхоза, - делится со мной Анна Петровна, -  Мама часто вспоминала, что отец носит меня на руках (а мне недели три), а ему говорят: «Носи осторожнее, а то голова у ребёнка оторвётся». А немного спустя отца призвали в армию, потом началась Великая Отечественная война и всё, больше отца мы не видели, не знаю до сих пор, что с ним произошло. Только фотографии напоминают о нём. А мама прожила долгую жизнь. Работала в родном селе, не чуралась никакой работы, в том числе и на конюшне. Заработала пенсию в восемь рублей…»

Никакой обиды я не слышу в голосе Анны Петровны: «Время просто было другое…»

«Сколько себя помню, всегда трудилась»

Страна потихоньку оправлялась от войны, ей требовались квалифицированные кадры. Шла своим чередом жизнь и в Малмыжке. В семь лет пошла получать образование и Анечка. «В нашем селе школа была семилетней, - продолжила Анна Петровна. – В ней всегда было очень чисто. Все ребятишки носили сменную обувь: тапочки, а кое – кто и носки. Помню за окном школы приусадебный участок, на котором я сдавала экзамен по биологии, даже ставила опыт.  В пионерских лагерях не была, пока училась, как-то не до того было, надо было помогать семье». А работать приходилось много: ученицам 3-5 классов нужно было выработать 200 трудодней за летние каникулы, в противном случае родители платили продуктовый штраф: овца, гусь и тому подобное. Где только не вырабатывала свои трудодни Анна: и на сенокосе, причём всегда стояла на стогу, и на уборке пшеницы, и на уборке комбайна от набившейся соломы, и на зерновом дворе, где взрослые работали до 19 часов, а детям делали послабление – их отпускали в 17 часов. И где после такого трудового дня брались силы у Анны, когда она с подружками успевала ещё и сходить за ежевикой на Вятку, а это от села в 13-15 километрах? Наверное, любовь  к труду у Анны была заложена в семье. Недаром колхозное зерно для посева доверяли хранить в амбаре семьи Анны. «Помню, что поверх зерна мама почему-то клала сено. Зерно никогда не прело»,- подводит итог моя собеседница.

Шли годы. За плечами осталась оконченная семилетка. Перед юной Анной встал выбор: остаться в селе или продолжить учёбу.

«Решила ехать учиться»

Восьмой класс Анна закончила в городе Мамадыш в вечерней школе. Наибольшее впечатление на девушку произвели пароходы, ведь город располагался на реке. Затем Анну ждала Казань, где она получила профессию швеи в профессиональном училище при Татпромсовете. «Я на всю жизнь запомнила свою выпускную работу – серое пальто для какого-то начальника. Сказали, что пальто, сшитое мною, ему понравилось, - с гордостью говорит Анна Петровна.

«Моя вторая Родина – Новорайчихинск»

В 1959 году девятнадцатилетняя Анна с четырьмя знакомыми девушками на поезде поехала на освоение Дальнего Востока. Первым городом, который их встретил на амурской земле, был Благовещенск. В конторе получила распределение: Сковородино или Новорайчихинск. Анна выбрала Новорайчихинск. Добралась до Буреи, уже смеркалось, ночевать было негде. Но как говорится: мир не без добрых людей. Совсем незнакомая женщина, тётя Поля (из Новорайчихинска) помогла добраться до посёлка, накормила ужином, предложила ночлег.

На следующий день, 18 августа 1959 года, Анна была принята мастером индивидуального пошива одежды в артель «Вперёд» по 7 разряду. «Вечерами, как и все молодые люди, я с подружками бегала на танцы в клуб»,- с искринкой в глазах вспоминает моя собеседница. Шесть лет, до 1965 года, Анна оттачивала профессиональные навыки швеи, а затем была отправлена работать в среднюю школу №12 учителем швейного дела. Вышла замуж. Родила двоих детей. Полученного образования явно не хватало неутомимой Анне Петровне для работы в школе, поэтому, не долго раздумывая, она закончила педагогическое училище в городе Благовещенске по специальности учитель начальных классов, а затем и Благовещенский педагогический институт имени М.И. Калинина по той же специальности. На мой вопрос: «Почему свой выбор Вы остановили на профессии учителя?», Анна Петровна отвечает с какой-то теплотой в голосе: «В детстве играли всё время в школу. Это как-то «застряло» во мне. Да и ученицей я всегда была прилежной. Если бы я могла вернуться в прошлое, то опять начала работать в школе».

Анна Петровна точно не помнит, сколько было за её педагогическую деятельность выпусков, но с особой гордостью говорит о своём первом выпуске: «Какие у меня в классе были мальчишки! Какое бы дело не затевали, всегда доводили до конца. Благодаря Макарову Игорю, Левчуку Владимиру, Широкову Сергею, Гуцолу Андрею во дворе школы функционировал каток.  А как иначе, я ведь учитель трудового обучения, вот и трудились вместе».

Анна Петровна отдала родной школе 47 лет. Сейчас находится на заслуженном отдыхе.

«Твой посёлок – твой дом!»

Беседуя с Анной Петровной, мне вдруг вспомнились слова великого Антуана де Сент-Экзюпери: «Не на то надо смотреть, где человек родился, а каковы его нравы, не в какой земле, а по каким принципам решил он прожить свою жизнь». Я поймала себя на мысли, что эти слова о моей собеседнице, которая живёт, ни на кого не обижаясь. Ничего не боится, только не было бы войны. Верит только в хорошее. Считает главным в жизни – честность и справедливость, а свой родной посёлок – своим домом. Надеется на то, что в посёлке появится настоящий управляющий, а люди приложат все усилия для того, чтобы в Новорайчихинске стало жить хоть немного лучше.

Какие простые истины. Может нам  стоит над ними задуматься?

Ирина Швед

Фото из личного архива Анны Дайнеко 

Говорят, что история развивается по спирали: рождение, расцвет, кризис и падение. И вновь — виток. И вновь работа: восстановление старого и строительство нового. История поселка Прогресс не исключение.

Тридцатые годы 20 века. На месте нынешнего поселка была только шахтерская Кивда, а дальше – тайга, мари, болота, сопки и целинные, никем не тронутые земли. Утром 23 апреля 1927 года первые двенадцать переселенческих семей прибыли на станцию Бурея. Отсюда по Кивдинской железнодорожной ветке их доставили до села Кивдо-Тюкан, где они временно разместились в квартирах местных крестьян.

В конце апреля все главы семей переселенцев пошли на Верхнекивдинский участок, который знали еще по зимнему путешествию.

Через некоторое время, а точнее 7 мая, в селе Кивдо-Тюкан провели свое первое собрание, на котором было решено создать товарищество по совместной обработке земли (ТОЗ). С докладом выступила Домна Рубанова, рассказав переселенцам о преимуществах коллективного труда и необходимости быстрейшего объединения в артель. Долго на этом собрании спорили, как назвать свое товарищество, и на этот счет предлагали самые различные варианты – «Таежник», «Муравей», «Медведь», «Былинка», «Переселенец». Тогда Домна Демьяновна и предложила красивое и звучное имя – «Прогресс». Тут же разъяснила малограмотным крестьянам, что означает это новое слово. С ее мнением согласились.

Тогда же был избран и председатель артели Тишкин М.А., а счетоводом и трактористом был утвержден Худолеев Г.А..

Началась весна 1927 года. Первую посевную провели на лошади, используя для этого индивидуальные пашни на заимках старых жителей Усть-Кивды, Гомелевки, Буреи и Малиновки, находящихся на нашем Верхнекивдинском участке. Одновременно решили осваивать закрепленный участок. Правда, женщины с грудными и малыми детьми почти все лето прожили в Кивдо-Тюкане, а все трудоспособные сразу же переехало на новое место и работало там. Каждая переселенческая семья соорудила на будущей усадьбе балаганы из хвороста и тальника, обложенные снизу доверху соломой. Вход завешивался самотканым белорусским рядном или полотном. Спали прямо на соломе, пищу варили в ведрах на костре, воду брали из холодного ключа, который находился в четырехстах метрах. Хлеб сначала возили из Кивды в Кивдо-Тюкан, а потом женщины пекли его уже в самодельной печке, сооруженной стариками на трех березовых пнях.

В течение лета и осени новоселы построили в Прогрессе пять хаток из черных и белых берез, и в каждой хатке жило по две-три семьи. Но та теснота, которую они испытывали в первое время, не была помехой, и первую зиму амурские новоселы пережили неплохо. Однако не всем понравился далекий амурский край с его крутыми морозами, нераспаханными землями, бездорожьем и малой обитаемостью. И первым спасовал дядя Георгия Андреевича Худолеева, он прожил не более одного месяца и сразу уехал обратно в Белоруссию. Осталось 11 семей. Остальных не испугали жизненные невзгоды и капризы местного климата, и они заложили здесь прочные основы села, а затем и поселка Прогресс.

Постепенно артель «Прогресс» набирала силу, крепла. Тишкин Михаил Анисович оказался руководителем очень волевым и старательным. А рядом с ним ни в чем не уступали и трудились Козлов И.Н., Рубанов И.Д., Худолеев А.С., Логвинов А., Белозеров В.,Редькин А.,Шалаев И.А.

Большим событием в жизни артели явилось покупка в кредит американского трактора «Фордзон». На следующий день был прицепил плуг «Оливер» и начал поднимать целину на усадьбе под огороды переселенцам. За трактором шли девчата, старики, подростки. Шли они и удивлялись, как так трактор «не кушает», а сразу двумя корпусами хорошо пашет целинную землю. В то время, действительно, было чудо. И за лето 1927 года Худолеев Г.А. поднял более 30 гектаров целинной земли.

На следующую весну на подготовленных землях посеяли пшеницу и посадили бахчевые – арбузы и дыни. Урожай был хороший. Правительство для переселенцев предоставило льготы: освободило от сельхозналогов сроком на 10 лет, трактор и молотилку дало в кредит.

В 1930 году в Прогрессе населения прибавилось. Был организован колхоз «Прогресс» и председателем опять избрали М.А.Тишкина. Многие записались в артель, многие шли работать на железную дорогу. В колхоз прибыли с семьями переселенцы Киричев М.И., с Кивдотюкана Белозеров А.И., Ануфриев приехал с Кивды и другие. В то время в наших краях появился геолог Александр Тимофеевич Пономаренко. Он начал работы по разведке угля у истоков Холодного Ключа до деревни Духовской.

В 1931 году началось строительство железной ветки от станции Бурея до Райчихинского угольного бассейна. На эту работу пошла молодежь. Телефонистками работали девушки села Прогресс и Холодного Ключа. А в 1932 году дали первый уголь, который добывали кайлами и на тачках завозили в вагоны. Но потом поступили паровые экскаваторы. В 1934 году на Холодном Ключе была построена ВЭС - временная электростанция, которая частично обеспечивала электроэнергией Холодный Ключ, Кивду и Райчиху. Мощность ее достигала 1,5 тысячи киловатт.

До 1932 года дети учились в Кивде, затем, по инициативе председателя М.А.Тишкина, была открыта начальная четырехлетняя школа в избе колхозника М.А.Третьякова. Первым учителем в ней был Владимир Федорович Нестеров, а в 1933 году заведующим школой стал Прохор Кузьмич Худолеев, а учительницей – Худолеева.

В 1935 году колхоз «Прогресс» стал укрупняться, а с председателем М.А.Тишкиным в то время случилось несчастье. Обучая работе на сенокосилке М.И.Кирпичева, по неосторожности он попал ногами в режущий аппарат. Он истекал кровью, а колхозники с испуга, не зная как оказать ему помощь, носили воду с родника и поливали рану. В это время с железной дороги прибежали рабочие и сразу же порезали вожжи на два куска, веревками зажгутовали ноги и отправили его на паровозе в Бурею. На очередном собрании был выбран председателем колхоза Андрей Зоткин.

В 1938 году в Прогрессе развернулось строительство, затем, в годы войны, оно приостановилось. И лишь после 1946 года стали строить кирпичный завод, брикетную фабрику, угольную сортировку, Райчихинскую ТЭЦ. Колхоз «Прогресс» просуществовал только до 1947 года. Затем строительство заняло почти все посевные массивы и сенокосные угодья. Колхозники перешли на стройку и в подсобное хозяйство Кивдинского ОРСа, которое было организовано на улице Дорожной.

25 октября 1953 года была пущена первая турбина на Райчихинской ТЭЦ, вошли в строй угольная сортировка и брикетная фабрика (назвали посёлок Брикетный, а старое село так и осталось с названием Прогресс). Не долго просуществовало наименование поселка «Брикетный». В 1954 году два посёлка соединились в один. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 24 мая 1956 года село Прогресс было отнесено к категории рабочих поселков, на территории которого в июне 1956 года был образован Исполком Прогрессовского поселкового Совета народных депутатов и находился в подчинении Совета народных депутатов города Райчихинск.

Информация взята с официального сайта пгт Прогрессhttp://adm.progress.amur.ru/

Павел Филиппович КрыловПо пути к дому юбиляра всё пыталась представить его себе. Цифра - 95 предательски вырисовывала в воображении образ глубоко пожилого, беспомощного человека. Недооценила… Дверь открыл достаточно крепкого телосложения с богатым белым чубом и каким-то юношеским прищуром хозяин дома, он же – юбиляр, ветеран Великой Отечественной войны и железнодорожник со стажем Павел Филиппович Крылов. На моё нескрываемое удивление долгожитель парировал просто: «Трудиться не будешь – умрёшь». А потрудиться ему, без малого вековому жителю Новорайчихинска, пришлось за свою жизнь ох как немало.

Но, впрочем, обо всём по-порядку…

Детство

Родился Павел Филиппович 14 февраля 1919 года во Владивостоке. До этого отец с матерью проживали в селе Болдыревка Завитинского района. После рождения сына вернулись в Амурскую область, только уже в процветающую тогда Кивду. Там маленький Павлик и провёл всё свое детство. «Сначала отец трудился в Кивде горнорабочим, а после обвала шахты в 1929 году, когда, к сожалению, погиб один человек, его перевели горным мастером или, как тогда говорили – «десятником», - вспоминает Павел Филиппович.

 Жизнь преподносит первые серьёзные испытания

Всё вроде бы складывалось в жизни Крыловых. Ан нет. История 30-х до сих пор откликается в сердцах репрессированных в те годы невиновных людей. Не обошли эти события и семью Крыловых. «Помню, в 39-м пришли к нам люди в форме и забрали отца. Для выяснения обстоятельств его держали в Благовещенске, а через полгода отпустили, как невиновного», - продолжает свой рассказ наш герой.

Молодому 19-летнему Павлу теперь предстояло трудиться за двоих. На тот момент он, как старший сын, был единственным кормильцем в семье, где помимо матери и его самого было ещё 3 младших брата и сестра. Отца забрали за год до призыва Павла в армию. В этот промежуток времени, понимая всю ответственность, которая лежит на нём, парень работал на шахте отбойщиком, затем крепельшиком. Уж так увлечённо Павел Филиппович описывает процесс той работы, кажется, что и тогда он относился к ней увлечённо и трепетно.

 1939 год – призыв в армию, затем… война

Вот и настал черёд отдать долг Отчизне. Павел начал службу на Колыме в 22-м полку артиллерийских войск НКВД. На протяжении службы вырос в армейской карьере. Военное руководство присвоило ему звание сержанта. А когда в августе 41-го пришло время демобилизации, Павла передали в распоряжение Приморской железной дороги в паровозное депо Уссурийска в качестве машиниста для обслуживания фронта боеприпасами, техникой и др. «Во время войны водил составы на фронт: туда – красноармейцев, а оттуда – пленных японцев. Часто попадали под бомбёжки. Помню, под Гродеково, что недалеко от Уссурийска, попали под прицел японской авиации. Каждый паровоз был оснащён военной техникой и бойцами. Отбились. В Уссурийске ранили моего машиниста. Пришлось мне, без прав министерства путей сообщения, самому вести состав», - теперь уже с улыбкой вспоминает военное время Павел Филиппович.

 Обратно в «Амурку»

После войны у нашего героя появилась возможность остаться в Приморье. Руководство ЖД не хотело расставаться с умелым тепловозником – трудягой, а ещё и, как оказалось, хорошим спортсменом. «Ещё в юности в Кивде я пристрастился к футболу, играл в команде «Шахтёр». Работая на железной дороге в Приморье, играл за команду Уссурийска «Локомотив», - рассказывает бывалый футболист.

Между армией и началом фронтовой деятельности Павел успел в короткий отпуск жениться на своей кивдинской девушке. Это и было, пожалуй, самой веской причиной вернуться домой. По приезду Павел окончил курсы машинистов и, получив права МПС, сел на паровоз, сначала как машинист, а затем ему поручили ещё и готовить молодые кадры, назначив машинистом-инструктором и наставником. В подчинении Павла Филипповича было около 50-ти человек и более 10 единиц подвижного состава (паровозы и прочая ж/д техника). Так, до выхода на пенсию водил и наставлял молодых машинистов "отъявленный" трудоголик Павел Филиппович. «На пенсию пошёл в 1980 году, но продолжал работать на станции «Восточные отроги» грузчиком ещё до 1988 года, - говорит о себе герой.

 Жизнью доволен

Павел Филиппович вырастил трёх сыновей. «Все трое сейчас пенсионеры. Старший Юрий был горняком в Райчихинске – до ухода на пенсию работал старшим машинистом экскаватора, потом уехал на Бородинский угольный разрез. Средний Виталий всю жизнь шоферил, работал таксистом, сейчас он рядом, здесь же в Новорайчихе. Младший Владимир трудился на разрезе горным мастером и мастером буровзрывных работ, сейчас живёт в Хабаровске», - рассказывает о сыновьях счастливый отец.

В начале нашей встречи юбиляр показал мне медаль с надписью «95 лет», которую выслал ему накануне старший сын Юрий. Приятно пенсионеру такое внимание.

Рассказал Павел Филиппович и о том, как вместе с сыном Владимиром и невесткой в летний период трудятся на своём содовом участке и огороде. Ведь работы здесь всегда хватает – тут и груша, и вишня, и слива, есть и клубника. Всё это хорошее подспорье к пенсии.

На мой вопрос: «Доволен ли он жизнью?», не задумываясь, ответил: «Была бы возможность прожить другую – так бы её и прожил. Трудиться надо. Обидно только за свой Новорайчихинск. Помню, как кипела здесь жизнь, когда только приехал сюда, всё только строилось.  Казалось, посёлку светит большое будущее. Ошиблись», - сетует Павел Филиппович.

Почётный железнодорожник министерства угольной промышленности СССР, ветеран Великой Отечественной войны, обладатель юбилейных наград за участие в ней, ветеран труда и победитель соцсоревнования оказался ещё и скромным человеком, довольствующимся жизнью в пришедшем в упадок посёлке. 

Ветераны-прогрессовцыСудьба  человека, порой, как роман. Сколько же бумаги надо исписать, чтобы зафиксировать каждую! А ведь все они неповторимы, любая интересна по-своему. Всё дальше уходит от нас Великая Отечественная, как это не печально, но в душах молодого поколения не остаётся и капельки гордости за дедов, ценой своей жизни восстановивших мир на Земле, взять хотя бы сегодняшние события в Украине… Немного осталось ветеранов той войны, скоро уйдут последние. А те, что живы, со слезами на глазах смотрят вечерние новости, вспоминая свои юные годы, годы тяжёлого труда и горя, но всё же, сороковые ближе для них и роднее, чем нынешнее время. О своей фронтовой молодости нам поведали ветераны Великой Отечественной, жители пгт. Прогресс Георгий Борисович Урюпин и  Валентина Панфиловна Манылова.

ГЕОРГИЙ БОРИСОВИЧ служил на Дальнем Востоке, увидеть немцев не пришлось, в последний момент эшелон с призывниками было решено направить на Сахалин, на борьбу с японцами, но обо всём по порядку:

«В 1941-м мне ещё не было 17-ти лет. О начале войны узнал в школе. Школьных товарищей, которые повзрослее да побойчее, забрали в армию пораньше, мы тоже были готовы, ПХО прошли, военную подготовку. Когда пришла пора служить, повезли меня с другими ребятами на станцию под Хабаровском, там мы три месяца пробыли, приняли присягу, прошли подготовку бойца. В итоге попал я в сапёры, в инженерные войска. Через год пришла команда расформировать часть, тогда перевели меня в тяжёлую артиллерию на пушку-гаубицу. Помню, погрузили нас в эшелон, а он всё стоит, всё не отправляют, потом команда: «Всех дальневосточников оставить на месте». Тут мы догадались, что будем воевать с японцами.  Нас, артиллеристов, отправили к Великой Китайской стене, потому что пушка-гаубица бьёт навесным огнём. Раза три, четыре мы там выстрелили, никто не ответил. Тогда была команда отправки во Владивосток. Подошёл пароход, погрузили нас, пулемётчиков и миномётчиков, пароход огромный, все на нём поместились. Получили новую задачу -  освободить Корсаково (Сахалин) и Курильскую гряду. Подошли к Корсаково, дали несколько выстрелов, простояли сутки, опять никто не отвечает. Повезли на остров Итуруп, разгрузили, жить там было негде, выдали палатки, в ту зиму снег на Итурупе высотой в пять метров лежал. Потом выяснилось, что на острове незадолго до нас японцы были, остались у них погреба большие, где рис хранился. А боеприпасы: винтовки, гранаты, штыки, всё пергаментом замотано, десятками лет бы могло храниться! Стали мы штаб искать, нашли! Зашли в землянку: прямо -  коридор; направо – дровяник; налево – туалеты, умывальники;  а вглубь  - спальни, залы учебные. Всё это в подземелье было. Нам приказали организовать жильё по нашему усмотрению, как хотим. Когда начали заниматься строительством казарм, растащили местный рыбозавод, который японцы строили.  Приехал тут генерал-майор и давай ругать: «Кто вам давал команду разобрать рыбозавод?» А мы ему: «Так ведь, было приказано – как хотите, так и обустраивайтесь, мы и решили…».  Генерал уехал, а мы поселились в построенных казармах, сделали печки-буржуйки из бочек, ими и отапливались. Тепло было, солдатская температура! Месяцев через шесть - восемь мою часть расформировали, попал я тогда к танкистам, там же, на Итурупе. Всего пробыл на острове 4 года, границу охраняли, японцев вылавливали, был дан приказ  депортировать их в Японию. Они вперёд нас об этом узнали и сразу все попрятались, на родине их ждала неминуемая смерть. Десятка три с горем пополам собрали этих японцев, а для остальных, сказали, вторым заходом придёт пароход, но мы, танкисты, в нём не участвовали. Японцы – люди, заранее отданные Богу, они там границу свою охраняли. Потом многие русский выучили, считали, что лучше на месте помереть, чем на Родине, в России был хоть какой-то шанс остаться в живых.

А нам всё время обещали: «Закончится война, вас демобилизуют». Май 45-го встретил на том же острове, дали нам тогда по 42 грамма спирту, выпить за окончание войны. А спирт из бочек, ржавый, такого цвета, как чай. Многие пить не стали, и я не стал. Отдали свои пайки одному солдатику, он на радостях всё и выпил, на утро подняться не мог, так захмелел. Только не отпустили нас после победы. Пришёл приказ омоложения армии, и остались мы ещё на 4 года, в общей сложности прослужил я 8 лет. Когда танкистом служил, был такой случай: у нас каждой батарее была задана определённая задача, у каждого свой сектор. Моя территория была на возвышенности, и вот дают команду обследовать эту возвышенность. Только заехали на сопку, так и застряли на ней, я приоткрыл люк, посмотреть что случилось, тут мне осколок гранаты и прилетел. Хорошо, гранаты у японцев слабенькие были. Пришёл тогда тягач и потянул танк вместе со мной в госпиталь. Ранение несильное оказалось, врач взял пинцет и выдернул из меня осколок. Я недели две в госпитале пробыл и пошёл дослуживать на своём танке. Всего среди наших только десятка два людей погибло, кто в самоволку пойдёт, бывало не возвращались. Потом по одному не стали отпускать, как минимум по три вооружённых человека. Это на западе война велась большим фронтом, а у нас в основном снайперы, да одиночные бойцы.

Когда вернулся домой, было мне 24 года. Довезли до Тыгды, отдал все документы. Посмотрел я, а у отца дом неважный, отстроили за год новый дом. А потом поехал учиться в Благовещенск, закончил коммунально-строительный техникум и направили меня работать на Райчихинскую ГРЭС. В Прогрессе и женился, это был, примерно 53-54 год. Так весь мой трудовой стаж на ГРЭС и прошёл. Сначала работал электромонтёром, потом перевели меня в лабораторию, инженером высоковольтником, потом стал начальником цеха в лаборатории. Когда на пенсию надо было идти, оклад у старшего мастера был больше, чем  у начальника  лаборатории, я перед пенсией и перешёл старшим мастером. С 85-го года на пенсии».

ВАЛЕНТИНА ПАНФИЛОВНА. Её молодость прошла под Ленинградом, в военном госпитале, а следом, Дальний Восток…

«Когда война началась, жила я в городе Мончегорске Мурманской области. Городок эвакуировали, молодёжь тогда оставили на последний эшелон. Но вместо эшелона была повестка в армию, тогда в Мончегорске открыли пять госпиталей. Я работала в госпитале номер 1020, он состоял из восьми отделений. Без отрыва от работы учились мы медицинскому делу, помогали в операциях. Походила я три дня на операции, в обморок падала, тогда хирург меня отстранил: «Надо операцию делать, а мы вас в чувство приводим». А я не могла, жалко было ребят, сердце сжималось, первую операцию делали пареньку, который у нас воду возил да под бомбёжку попал, так на операционном столе и умер. После отстранения перевели меня сестрой-хозяйкой, потом кладовщиком на продовольственный склад, ездила за продуктами в Мурманск. Перед тем, как продукты получить, их выписать надо было, для этого ехала по Норвежской дороге 124 километра в штаб армии. Зачастую ещё документы секретные везла. Через каждые 20 километров пересаживали с машины на машину, а там и на оленях, последние 5 километров до штаба надо было пройти пешком. Там документы подпишут, накормят, отдохну немного и вперёд, в Мурманск. В Мурманске вагон дают с продовольствием, солдат, они машину загрузят, тогда уже обратно, в Мончегорск. Пока под Мончегорском были, мы работали, а потом госпиталь разделили, я попала в Петрозаводск, оттуда под Ленинград, на речку Свирь, что на границе с Финляндией. Там были сильные бои, немцев тогда уже гнали, речка Свирь, такая же, как Бурея, текла чистой кровью. Редкий день не было налётов. Ночь-полночь, спал, не спал, бомбёжка началась – вставай, беги на свой пост. Не дай, Бог, кому пережить такое, поначалу было страшно, а потом перестали бояться, смерть – так смерть. Правда, убитых среди медиков было мало, Бог спасал. Нормы рабочего дня не было, отдежурил сутки, генеральную уборку навёл, потом спать.  А когда бои шли, мы по трое суток работали: погрузить, накормить, печки растопить. Питались так – схватишь кусок и жуёшь находу. Надо, значит надо, и никто не сказал: не буду или не пойду, за 3 – 4 часа госпиталь разворачивали. Солдаты, которых вылечили, письма нам потом писали. После войны многие нашли друг друга, переженились, а в войну даже дружить не думали, некогда было, даже не мечтали.

Про победу узнали в 4 часа утра, стояло у нас два корпуса – мужской, а напротив  женский. Так все выбежали, давай качать друг друга, радости было! После объявления победы, простояли мы не долго, поехали дальше, до Кирова. Думали: всё - расформировывают, а нас - на Дальний Восток повезли, сразу все упали  духом. Впереди нас Рокоссовский ехал, а наш эшелон следом. Так добрались до Биробиджана. Попали мы тогда  к лётчикам в авиацию. Назавтра лететь в Манчжурию, и тут приказ, остаться на месте, уже велись переговоры об окончании войны.  Отправили нас тогда в Хабаровск, следом - во Владивосток, простояли там долго, ждали пароход на Сахалин, сторожили продовольствие - оно под открытым небом лежало. Погрузились на пароход, прибыли в Южно-Сахалинск, жили и работали на аэродроме. Приходилось мешки грузить по 100 килограммов, всё девчонки делали, было нам тогда лет по двадцать самым старшим.

А домой я приехала в декабре 46-го. Брат мой с фронта без руки пришёл. Так вот и закончился поход. Думаю, сегодняшняя молодёжь не справилась бы с такой задачей. Работать они не приучены, да и где работать-то? После войны сколько жилья понастроили! А сегодня последние производства закрывают. Такой богатой стране всё отдали в руки, а правительство ума придать не может. Видимо, нет таких людей, которые смогли бы руководить Россией как надо. Жизнь менять надо. Чтоб всё государственное было, чтоб народу шло, а не отдельным людям в руки».

Вот так прошла молодость того поколения, кому сейчас за девяносто. С годами подробности стёрлись из памяти ветеранов. Сохранить историю той войны помогают книги и кинофильмы. А истории наших земляков, прогрессовцев, сохраним в наших сердцах и  памяти мы, ради которых они воевали….

Надежда ДОЛГИХ

Кому вышитый  крестиком кубок,  а кому тапочки да блины

Антонина Спиридоновна НеродаС Антониной Спиридоновной Нерода мы познакомилась в День Святого Валентина, когда со школьниками поздравляли семейные пары долгожителей.

- Как же вы пойдёте! А я стол накрыла,  - сетовала она, когда, вручив подарок, мы собрались уходить.

Я пообещала Антонине Спиридоновне навестить её на неделе. Наша встреча состоялась, за вкусным обедом она и поведала мне о своей нелёгкой, но в то же время счастливой судьбе.

Детство

Детские годы маленькой Тони начались в деревушке где-то под Тюменью. Помнит, что отец работал трактористом, а мать воспитывала двоих детей: её и младшего братишку. Люди они были добрые. Отцу, на работе выдавали муку и зерно. Частенько с просьбой помочь с продуктами заходили соседи, отец не отказывал и платы не брал. Слышала Тоня, что и мама была очень хорошая, только недолгим было её счастливое детство, мама умерла: «Помню, завернули меня в тулуп, посадили на лошадь и поехали мы маму хоронить. А братику два года было, он кричал: «Куда мою маму повезли?» А потом и отец погиб, пришла на него похоронка в 44-м». К тому времени была у сирот мачеха,  только не нужны ей были чужие дети. Вслед за родителями ушёл и младший братишка, помогла отправить на тот свет постоянными побоями злая мачеха. А Тоню выгнала из дому, было ей тогда десять лет. Девочка спала в конюшне на сеновале, скиталась по знакомым, попрошайничала. В те далёкие послевоенные годы, по стране ходило немало бездомных осиротевших детей, поэтому у взрослых не возникало мысли помочь маленькому человеку, хотя бы отправить в детский дом. Жила Тоня у кого придётся. Как-то взяла её себе в дом учительница, чтобы присматривать за малышом, потом приютили в семье директора совхоза – пасла гусей, телят. Так и выросла, получила паспорт, тогда позвали Антонину знакомые, работать на рыбном комбинате, на Сахалине. Тоня поехала, работала на заводе, потом почтальоном в местном отделении. Там и познакомилась с будущим мужем…

Семья

«Я тогда жила в семье учителей, а солдаты остановились у соседей. Как не выскочу во двор,  один солдат всё смотрит и смотрит на меня, да я значения не придавала. Однажды побежала  в ларёк за хлебом, надела хозяйские валенки.  На обратном пути, смотрю, солдат идёт за мной. Испугалась, побежала, а валенки большие, упала в снег, поднялась и опять бежать. А потом пришёл он в наш дом, книжку взял почитать, немного времени прошло, пришёл за другой. Так и ходил, а в очередной раз увидел, что хозяин на охоту собирается, попросился с ним…».

Как-то пошла красавица Тоня в кино и солдат там, оставил свою компанию, сел рядом с ней, потом проводил, так и начались отношения Антонины и Семёна Нерода. Он солдат, она – сирота. На свиданиях на лодке катались, песни пели. Через несколько месяцев парень переехал к невесте, а когда старшему сыну исполнилось полгода, Семёна демобилизовали, предстояла дорога в родной Новобурейский. Все говорили, что бросит солдат свою Тоню, не возьмёт с собой. На баржу, что должна отвезти на большую землю, они опоздали, трап уже убрали, пришлось забираться по верёвочной лестнице, а ребёнка в корзинке подняли. «Зашла на пароход, глядь, а Федьки -  то моего и нет! Как я распереживалась, куда сына дели? А они забрали его в каюту, понянчились и вернули. Так я приехала к свекрови. Семья у него хорошая была: и родители, и сёстры меня полюбили. Жили все в одной комнате, дружно, не ругались. В 53-м Семён устроился в Прогрессе шофёром, дали нам комнату в бараке, барак холодный был, приходилось много топить, кухня общая на весь дом, а всё равно весело жили».

«Амурдормаш»

Большую часть трудовых лет Антонина Спиридоновна провела на заводе «Амурдормаш»: «Пришла я в 1961 году при директоре Лютике, потом менялись: Кабанов, Макаревич, Сидоренко, Журавлёв. Уже никого нет в живых». Работала Антонина в швейном отделе, шила сидения для автомобилей, затем перешла в другой цех – автобусы стеклить, когда перестали выпускать автобусы, работницу перевели в комплектовку. Была ещё работа в ремгруппе, затем, в цехе капроноварки, где варили детали из капрона: «В капроноварке опасно было, нам тогда молоко за вредность выдавали, по пол-литра в день. А когда я ушла, после меня женщину пробивную поставили, так она добилась, чтоб ей за вредность доплачивали. Нас тогда из-за экономии часто обманывали, не доплачивали, что положено». Несмотря на тяжёлый труд, наша героиня шла на работу как на праздник: «Даже если мне дома трудно, на работе всё забывалось. Хорошо там было, весело. Я любила анекдоты рассказывать. Почему мне хорошо жилось?! Да потому, что приду на работу, а меня там встречают с радостью, с улыбками. Незадолго до пенсии  мне почку удалили, перешла я тогда на облегчённую работу: два месяца уборщицей поработала, а потом дневальной. Помню, Серёжа Сильвонский говорил: «Тётя Тоня, ты лучше всех дежуришь!» А я хоть и в ночь работала, никогда не спала, всё мастерила: сумки плела из капрона, вязала, вышивала, потом раздаривала всем. Правда, был один случай, пошла я в час ночи в туалет, да и упала в коридоре – уснула на ходу. Спать-то особо некогда было, придёшь со смены домой, там домашняя работа, пока всю переделаешь… ».

Счастье

«Живём мы с Семёном уже шестьдесят лет. Я всегда думала, лишь бы мои дети сиротами не стали, лишь бы мачехи у них не было. Сбылась моя мечта! Дети у меня хорошие и внуки. Все хорошо живут: Наташа и Андрюша в Петербурге, Люда на БАМе, а Федя здесь, в Прогрессе. В гости часто приезжают, помогают много. Было тяжёлое время, когда один за другим детки школу закончили, по городам разъехались учиться дальше. Федя поступил в хабаровский техникум, на следующий год Люда поехала. Денег тогда совсем не было, помню, продала свою кофточку и поехала к дочке в Свободный, повезла ей капусты да соленья. Сейчас Люда начальником отдела кадров работает. А Наташа, когда училась,  простыла сильно, пропустила десять дней занятий, стипендию не дали, не идти же воровать, вот и вернулась в посёлок, взяли её тогда на работу кондитером. Спасибо Богу, за то, что я так долго живу. Раньше я в него не верила, когда трудно было, говорила: «Мамочка помоги, мне трудно», а потом, когда Люде 7 лет было, она кричать начала по ночам, тогда тёща нашего продавца Шапошникова её лечила заговором. Помогло дочке, после того я верить стала.

Дети меня всегда уважали, Андрюша в 10 классе отпрашивался на девять вечера в кино сходить. Как-то сижу, жду его, пока дома кого нет – я не усну. А он поздно вернулся, сразу давай прощения просить. Движок в кино поломался, пришлось ждать, пока отремонтируют. Девчата говорили: «У нас в классе только два хороших парня : Андрюшка Нерода и ещё один». Он в армию пошёл, не дружил ни с кем, говорит: «Мама, не вижу я ни одной девчонки хорошей. Идём в поход, несём рюкзаки, несём постель, чтоб им тепло было спать. А ни одна даже не подошла помочь нам готовить, значит, ни одной хорошей нет». Так он решил, а жену нашёл  в Петербурге.

Я счастливая ещё потому, что у меня много друзей, и всегда все шли навстречу. Когда дефицит товара был, зайду в магазин, а мне сразу: «Наша баба Тоня пришла! Выбирай, что ты хочешь? Пошли на склад!» А я говорю: «Только носки за 60 копеек могу купить». Денег не было никогда. Да меня с пустыми руками  и не отпускали.  Хорошо мы дружили с семьёй Нины Воробьёвой, уже 30 лет с ней знаемся, и муж у неё замечательный, учителя они – добрые, воспитанные, слова плохого от них не услышишь. Прогресс – мой родной посёлок, всё он мне дал, много здесь людей хороших. Если  бы не люди, я бы не выжила. Огромное спасибо всем! И друзьям, и детям, и внукам. Внучка нам с дедом квартиру вот эту купила, сейчас кредит выплачивает, сама на Сахалине живёт. Я счастливый человек, очень мне в жизни повезло!»

Заключение

Несмотря на свой почтенный возраст, Антонина Спиридоновна ведёт довольно таки активную жизнь: ухаживает за больным мужем, вяжет, вышивает, плетёт из бисера и любит принимать гостей. В её квартирке уютно и чисто, на стенах много фотографий детей, внуков и правнуков, на столе букет цветов. У кровати целый пакет вязаных тапочек, которые бабушка Тоня собирается отправить внукам. А для сына Андрюшки, что живёт в Петербурге, особый подарок – картина с изображением кубка, вышитая крестиком, ведь он у неё спортсмен.

Меня  поразила доброта этой женщины. Уже через пару дней, как мы встретились, Антонина Спиридоновна позвонила и сообщила, что связала для меня тапочки, на масленицу приглашала на блины. И хотя дети не обделяют её своим вниманием, бабушке Тоне хочется ещё больше общаться, приносить радость окружающим, быть полезной. Обязательно загляну к ней в Международный женский день с поздравлением. С таким человеком не устаёшь общаться. Спасибо Вам, Антонина Спиридоновна, за вашу теплоту и оптимизм!

Надежда ДОЛГИХ


Михаил Гаврилович ВеличкоАвтобус «Единичка» заполнен до отказа, тринадцать часов, возвращаются домой школьники и пенсионеры. Водитель еле-еле трогается с остановок, машина «рычит» и не желает двигаться с места.

- Ох, не доедем, развалится - переживает пассажир-пенсионер.

-Что вы, дедушка, он ещё всех нас переживёт, - успокаивает его кондуктор.

«Возможно, эта «колымага» переживёт не только нас, но и этот посёлок» - подумала я, глядя на пейзаж за окном. Посёлок после бомбёжки  - так можно сказать про Новорайчихинск.

Выхожу на конечной, народ быстро разбежался, а мне идти на самую окраину. На улицах тишина: ни машин,Михаил Величко ни людей, даже собак не слышно. Подхожу к нужному мне домику, на заборе табличка  - «Здесь живёт ветеран Великой Отечественной войны» . Значит, пришла по адресу…

Михаил Гаврилович Величко выиграл в конкурсе «Маршрутки», посвящённом Дню Защитника Отечества. Фотографию для участия отправила его внучка.

-Да какой из меня защитник, - смущается он. Но, обо всём по порядку.

Родился наш герой в 1927 году на Урале, там прошли его школьные годы, там встретила война. На то время было ему 14 лет. Работал в колхозе, как и все дети в те тяжёлые годы, а в семнадцать призвали его в армию: «С Урала меня призвали в армию, и больше я на родину не возвращался. В боях  не участвовал хоть и был в армии в войну. Пока нас научили, пока повезли на фронт – война кончилась. Тогда переучиваться пришлось, после повезли нас на восток, не успели доехать и там война закончилась. Увезли нас тогда в Северную Корею. В Корее ещё были японцы-диверсанты, с ними мы и боролись. Помню, они воду хотели нам отравить, мы их нашли и под суд. А так ничего служили, на зарядку утром выйдешь на берег моря, пойдёшь, искупаешься. Два года там простояли. На стадион ходили через посёлок, а у корейцев сады богатые: яблоки, персики, виноград. Мы станем у калитки Михаил на фото слева, снято в Северной Корееи  хозяина зовём, чтоб фруктов продал. Потом корейцы сами время приметили, когда мы мимо идём и сами стали предлагать. Что хочешь, выбирай – деньги только давай. Да и кормили нас в части не плохо. В России после войны проблемы были с продовольствием, а мы голода не знали. С Северной Кореи перелетели мы в Белогорск, я был радистом на бомбардировщике. После шести лет службы появились новые самолёты, нас тогда ещё на два года оставили обучать новобранцев. Тогда как считалось – четыре года отслужил – это ещё салага.  После войны все подолгу служили».

Михаил Гаврилович не первый человек, от которого я слышу, что после войны срочная служба длилась 8 лет. Стало интересно, как он относится к тому, что срок службы современных солдат сокращён до одного года: «То, что сейчас один год служат – это неправильно. Навыков не будет у солдата, чему можно научиться за год? Покажут пару раз как оружием пользоваться, а тренировки-то нет. Но восемь лет – тоже перебор. Два года было вполне достаточно. Вот меня взяли в армию со второго курса техникума, за восемь лет все мои знания позабылись. Пришлось с восьмого класса начинать в вечерней школе, а было мне тогда уже двадцать четыре года!»

Клуб НоворайчихинскаВосемь лет службы! А как же личная жизнь? : «Женился я без отрыва от службы, в Белогорске, тогда ещё он Куйбышев назывался. Девчата из города ходили к нам в часть на танцы, тогда там был лучший духовой оркестр. Вот и встретил я свою Нину. А когда только расписались, нашу часть сразу перевели в Новоспасск. Я уехал, а она в Куйбышеве осталась с родителями. Да и работа у неё там была, медсестрой в городской больнице. После демобилизации я к ней вернулся, прожили мы вместе 62 года, троих детей воспитали, сейчас уже девять правнуков в гости приезжают».

В Новорайчихинск семья Величко попала по распределению, после того, как Михаил Гаврилович закончил техникум: «Переехали мы в 55-м году. Весело тут было, посёлок, не то, что сейчас: новый, одна молодёжь, а красивый какой! Народу 6500 человек, а сейчас около двух тысяч осталось. Дома всё ломают и ломают. А зачем? Закрыли бы, а там, глядишь, кто бы и приехал, например, подтопленцы. Здания то стояли хорошие, и отопление в них было. Земли тут, сколько хочешь -  копай да сади.Первомайская демонстрация, 1976 год, Новорайчихинск

Работал я здесь на разрезе помощником машиниста, потом: машинистом, бригадиром, механиком, старшим механиком, главным энергетиком. Когда разрез ликвидировали я пошёл мастером в ремонтно-механические мастерские в Широком. Оттуда и ушёл с работы, в  72 года. Жена в местной больнице проработала. Когда-то тут всё было,  в больнице даже операции делали. А сейчас, хоть и есть терапевт, а толку?! За лекарствами всё равно в Прогресс надо ехать. Хоть бы аптеку, какую открыли, хоть ларёчек маленький. Я поеду, наберу себе целый пакет, чтоб надолго хватило, так и живу. Все в Новорайчихе так живут. Молодёжь скоро разъедется, им тут делать нечего, а пенсионеры доживут свой век, и умрёт посёлок».

Уже два года как Михаил Гаврилович живёт один, не стало его супруги Нины Ивановны. Зовут его к себе дети и внуки, но он переезжать из Богом забытого места не торопится. Хоть и больно смотреть на разруху, а в родных местах всё же легче пожилому человеку. Да и занятие у него есть – огород. К зиме он готовится впрок: консервирует, варит варенье, есть в его закромах и мороженая ягодка. Всё для внуков старается. На жизнь не жалуется, говорит, счастливо прожил, только, посёлок жалко.

Надежда ДОЛГИХ

 

От чего хочется горы свернуть?

«Бываютлюди– мячики, они над неудачами. По жизни лихо скачут, и никогда не плачут.  Заденешь – не заметят, ударишь – не ответят», - вычитала я такие строки в интернете. Уж больно такая характеристика мне кое-кого напоминает…

Секретами неиссякаемой энергии и редкого в наше время оптимизма охотно поделилась любящая и любимая дочь, мама, жена и, к тому же молодой руководитель «Росбанка» в Райчихинске Екатерина Викторовна Лопатина.

Екатерина Викторовна ЛопатинаМне довелось познакомиться с ней ещё накануне нового года. Как-то выделяется она на фоне понурых, с надетыми на лица масками беспокойств и суеты, райчихинцев. Екатерина Викторовна относится к людям, общение с которыми вызывает бурю положительных эмоций. Она очень открытый и жизнерадостный человек. Может запросто завести беседу с любым человеком, на самые различные темы. На все вопросы у неё всегда готов ответ, причём делает она это с приятной и открытой улыбкой. Притягивает в ней естественность, лёгкость и высокая тактичность. Первое впечатление на меня Екатерина Викторовна произвела, как симпатичная, обаятельная и приятная в общении молодая женщина.

 Дочь

Любопытно было узнать, кто наделил Катю этими качествами.

- У Вас активная жизненная позиция. Родители как-то повлияли на это?

- Безусловно. Они-то и привили мне такой настрой. Мои родители – гидростроители, живут и трудятся в Зее, причём папа - энергетик с большой буквы. Супер дисциплина, умение и желание работать, даже вкалывать, чтобы была польза – это от них. Мне всегда хотелось, чтобы они гордились мной, да и сама себе хотела доказать, что вкладывали они не впустую.  Помню, мама постоянно заряжала нас с сестрой оптимизмом и радостью, говоря: “Всё будет хорошо…” Да и вообще, мои родители очень позитивные, мудрые и умные.

Теперь становится понятно, почему моя героиня как раз из тех, кто «по жизни лихо скачет, и никогда не плачет».

 Мать и жена

То и дело во время нашей беседы подбегала к любимой мамочке старшая дочь Екатерины Викторовны Даша. Я не могла не спросить об атмосфере в доме Лопатиных.

-  А от семьи идёт жизненная подзарядка?

- Ещё какая! У меня есть две маленькие «отдушинки» - Дарья, ей 10 лет и Ксения – почти 5. Часто бывает, что старшие держат дистанцию, не подпуская младших близко. С моими не так. Всё время вместе, даже спят… Про уборку дома слышим с мужем их разговор: “Чем быстрее мы с тобой уберемся…”, - только начнёт поучать старшая, как младшая тут же подхватит: “…тем быстрей будем опять сорить…”Забавно! Дашка моя – самый добрый человечек в семье. Были мы как-то в Китае, обедали в ресторане. Я смотрю в окно и вижу магазинчик с мягкими игрушками. Говорю дочери: “Ты посиди, подожди меня здесь, я сбегаю за салфетками”. Сама же помчалась в этот магазин. Возвращаюсь с большим белым мишкой в руках и ей протягиваю. Надо было видеть Дашины глаза. С одной стороны – недоумение, ведь пошла же за салфетками, а с другой – такая радость безудержная…! Муж Дмитрий много уделяет времени нашим дочкам и во всём поддерживает нас. Захотели куда-то выехать в выходные дни – пожалуйста. Дома почти не сидим. Все легки на подъём.

- Как обычно отдыхаете семьёй?

- Наверно, перепробовали всё – от шашлыка на природе до лошадей. Прокатились мы однажды не очень удачно для мужа. Еду я на медленной лошадке, а он посмеивается: “А ты её хворостинкой, да посильнее, смотри, как надо…”В итоге, он оказался…в кустах. Один его кроссовок мы, помню, долго сшибали с дерева. А со мной неприятненький курьёз произошёл, когда мы всей семьёй отдыхали на море. Очень уж мне хотелось во время шторма поймать большую волну. Отчаяние моё на тот момент переваливало через край до тех пор, пока не поняла, что отливом то меня затягивает всё дальше и дальше от берега… Минут сорок я выгребала на максимуме. Наверно, помогла физическая подготовка, ведь я плаванием с детства занимаюсь. В другой такой поездке на море мы с мужем вытащили на берег двух отчаянных девчонок лет 12-ти. Видимо, тоже хотели незабываемых ощущений. Любим мы и рыбачить, и в прорубь нырять.

Как выяснилось из нашего разговора, любимая и любящая мама и жена оказалась ещё и спортсменкой. Вместе с мужем Дмитрием Екатерина Викторовна участвует в соревнованиях по плаванию. Но не ограничивается она лишь одним видом спорта. Была Катя и 5-кратной чемпионкой по бадминтону среди энергетиков области (работала она тогда на Райчихинской ГРЭС). Пробовала себя и в стрельбе также среди энергетиков, но на местном уровне. Всей семьёй участвовали Лопатины и в «Кроссе нации» в Прогрессе, где Катя, на радость мужу и дочкам, заняла первое место. А в прошлом году в подобном забеге в Райчихинске "вырвала" второе место.

Хочу поделиться, дорогой читатель, и тем, что моя сегодняшняя героиня – ещё и творческая натура. Рисует она здорово. Говорю не голословно, видела её работы. Но фото картины, которую по моей просьбе она показала мне из мобильника, меня поразило больше всего. Лошади на ней, как живые.

 Молодой руководитель

Меньше года Екатерина Викторовна возглавляет коллектив филиала «Росбанк» в Райчихинске. До этого работала на Райчихинской ГРЭС экономистом.

 - Легко ли было перевоплотиться из энергетика в банкира?

- Как с чистого листа начинала, ведь раньше связь с банком была лишь партнёрская. И потом, из привычного мира экономических цифр, попасть в суровый мир конкуренции не так- то просто. Но мне было интересно познать это дело и развиваться в нём. Кроме того, колоссальную помощь получила и получаю от руководства, просто – колоссальную. Намерена с такой поддержкой вывести филиал на должный уровень. Считаю, что в нужную колею уже вошла.

- «На работу, как на праздник» - это про Вас?

- Абсолютно. За это время успела полюбить свою новую работу, несмотря на то, что езжу сюда с Прогресса. И помимо своих прямых обязанностей, хочется  как-то в жизни города поучаствовать, чтобы разбудить, взбудоражить райчихинцев. Много по этому поводу есть у меня всяких идей. Кое-что уже получается. Да и неудивительно. Ведь у любого руководителя есть большой плюс – более, руки развязаны, а это открывает возможности реализовать идеи.

Очень часто Екатерина Викторовна повторяла фразу: «Люди в городе хорошие, добрые, мне кажется, нет плохих…». Это надо уметь не видеть в некоторых чёрствости, колкости, коварства и другого негатива. А у неё получается.

Не упустила я возможности поинтересоваться у коллектива банка, что думают они об их молодом руководителе. Девчонки были сдержаны и лаконичны и высказали своё мнение коротко: «Это наш первый такой позитивный наставник. А строгость её всегда уместна».

Она счастлива! И есть весомый повод для радости – здоровье. Здорова она, дети, муж, родители. Ещё она богата. Богата тем, что есть дети. Дашка с Ксенькой для родителей – всё! Есть любимая работа, которая доставляет радость.

А вот стремиться горы свернуть помогает этой сильной молодой женщине её жизненный принцип: «Никому не делай плохо, никому не желай зла и много, много работай, в том числе над собой».

Людмила ШАНДРА

Фото автора

почта "Маршрутки"

Уважаемая редакция! Я хочу рассказать об очень интересном человеке.

Павел ЕгоровЧетырнадцать выпусков сделала наша восьмилетняя школа за время своего  существования, начиная с 1968 года. Многим ребятам она дала путёвку в жизнь, ориентировала на выбор будущей профессии. Работа в мастерской, занятия в различных кружках и секциях закладывали основы знаний. Учась в выпускном классе, многие уже знали, где будут продолжать учёбу, какую профессию выберут. Из десятого выпуска был один из учащихся Павел Егоров. Этот класс уже был немногочислен, но состоял из ребят, которые успешно учились, были целеустремлёнными и  хорошо представляли своё будущее. Павел был уже тогда увлекающимся художником. Свои способности он стремился воплотить в жизнь. С помощью других ребят, в свободное от занятий время, он расписал стену в школьном вестибюле масляными красками по теме:  «Дружба народов». До самого закрытия школы красовалась картина на стене, где были изображены дети различных национальностей в национальных костюмах. Картина привлекала внимание своей яркостью, эмоциональностью. По окончании восьмилетней школы Павел не изменил своей мечте стать профессиональным художником.  Он поехал учиться в Сретенское педучилище и получил диплом преподавателя рисования и черчения. Поработав некоторое время в школе, он понял, что работа педагога отдаляет его от мечты стать художником. Попытка создать творческий коллектив не удалась. Тогда Павел решил действовать самостоятельно. В своём гараже он оборудовал мастерскую, где создавал свои шедевры. Тематика его работ разнообразна. Здесь и мифологические герои, и патриотические, и исторические. Законченные работы он записывает на диски. Кроме живописных картин, у Павла есть работы, выполненные резьбой по дереву, предметы из гипса, папье-маше, которые замечательны своей оригинальностью и глубоким смыслом.

 Павел участвовал в росписи икон Прогрессовского храма. Он предлагал свои услуги для росписи Новобурейского храма, но его спонсоры предпочли нанять для этого мастеров по высоким ценам. Директор Прогрессовского краеведческого музея Яковенко Владимир Семёнович согласился организовать выставку работ Павла Александровича, но согласия оказалось недостаточно: нужны деньги для оборудования этой выставки, а личных денег у художника не оказалось. Замечательную работу Павел отправил в Благовещенск на продажу, но хозяин магазина наложил на неё дополнительную цену, и работа оказалась непроданной. Спонсора, который бы помог организовать выставку, пока нет. А игра стоит свеч. Жаль, что в данное время художник-самородок, создающий талантливейшие  произведения искусства,  находится в безвыходном положении.

 Уважаемые товарищи газеты «Маршрутка», может быть, вы сможете предложить Павлу Егорову какой-либо вариант,  чтобы реализовать его труды и стремления.

Каныгина Валентина Семёновна, пенсионерка,

бывшая учительница восьмилетней школы № 6 пгт. Прогресс

Чтобы подробнее узнать о художнике и его работах, я обратилась к директору музея Владимиру Семёновичу. Он подтвердил, что действительно, к нему обращался мужчина с просьбой организовать выставку. Надо сказать, под организацией поселкового музея прошла уже не одна выставка местных мастеров: это и бисероплетение, и вышивка, и оригами. А Павел Егоров специализируется на резьбе по дереву. К сожалению, Павел не смог прийти на встречу по состоянию здоровья, а может, из скромности, так как со слов людей знакомых с художником, он очень застенчив. А жаль. Видимо,  застенчивость и мешает ему зарабатывать на своём таланте. Или хотя бы заявить о себе так, чтобы нашёлся нужный человек, способный и желающий продвинуть талант. Ведь работы у Павла и правда выполнены профессионально и со смыслом. 

Надежда Долгих

Работа Павла Егорова Работа Павла Егорова
Работа Павла Егорова Работа Павла Егорова
Работа Павла Егорова Работа Павла Егорова
Работа Павла Егорова Работа Павла Егорова


В.С. Яковенко. День Победы 2014 г.Владимир Семёнович Яковенко. Многие прогрессовцы знают этого человека как директора местного музея. В общем- то, благодаря ему, музей существует и продолжает пополняться новыми экспонатами. За свой труд Владимир Семёнович и его помощники не получают ни копейки. Но работа в музее серьёзная: каждый экспонат пронумерован и внесён в книгу учёта, периодически проводятся экскурсии для школьников, встречи с ветеранами, организовываются выставки местных мастеров. Приходится директору музея тормошить родственников «ушедших» ветеранов, чтобы предоставили информацию о них, поделились фотографиями, а ещё лучше – предметами быта военных лет. Музей боевой и трудовой славы начал свою работу в 2007 году,  немало писали о нём местные и областные СМИ, показывали по телевидению. Но эта статья не о музее, а о его, так сказать, моторе – Владимире Семёновиче Яковенко, ведь его автобиография не менее важна для истории Прогресса, и для неё должно найтись место в нашем музее.

Военное детство

Сам я из деревни Малые Семичи Бурейского района. Деревни этой уже нет, она попала под затопление ГЭС, осталось только кладбище на сопке. В войну мне 10 лет было. Мужчин деревни забрали в армию. Все дети в войну работали – сено заготавливали, поля засевали. Я как-то погонщиком работал на коне, случилось так, что у седла плохо подтянули подпруги, и на повороте я перевернулся, а там сучок с земли торчал, вот меня им и проткнуло. Спасибо, бабушка моя – знахарка была, она и вылечила, только шрам остался на всю жизнь, на память. Ещё такая была работа – был в деревне трактор ЧТЗ, идёт он по полю, пашет, а я сзади сижу, и как только поворот, надо чеку дёрнуть, чтоб плуг поднялся. Трактор развернулся – плуг опускаешь, и так целый день. После такой пахоты чёрный, как негр, домой приходил. Случались с нами и неприятности: возле одной заимки, была пасека, и мы с Гришей Ивановым повезли мёд на кобыле  Звёздочке. А по дороге барсук выскочил, лошадь испугалась, погнала, за дуб зацепилась, ось сорвала, бочки  наши покатились, одна разбилась, вторая – лопнула. Мёд потёк, мы сидим плачем, а Звёздочка между дубов зацепилась и встала. Поругали нас тогда, ну да ничего не поделаешь. Послали потом коней пасти в ночь, за старым кладбищем. Костры жечь, чтоб волки не подходили. А в те времена, когда БАМ строили, БАМ ведь раньше строили, до войны, рельсы уже доложили до станции Известковой, а когда война началась, эти рельсы увезли под Сталинград, а бамовцы, которые строили – пошли воевать, а некоторые поудирали. И вот сидим мы как-то ночью, костры жжём, выходят к нам мужики такие чёрные, бородатые, спрашивают: «А ну-ка, что у вас есть съестного?!». Мы-то им всю нашу еду и отдали, а они: «Идите домой, принесите нам продукты, а если скажете в деревне, то ни коней, ни вот этого пацана больше не увидите». Мы пошли, я втихомолку посмотрел, где что съестное, в сумку холщевую накидал. Ребята тоже из дому припасов набрали, принесли, отдали им и они ушли. Вот так пока шла война – каждый день, а бывало и ночь, работали. Так надо было ещё в школе учиться. Сено косим - копны надо таскать. Спиливаешь деревья молодые, складываешь их, получаются волокуши, на них копны клали и тащили, а женщины стога метали. У сенокоса речушка была Мутовка, мы рыбу ловили: гольянов, пескарей, чебака. Кушать то надо, женщины нам уху варили. В деревне нашей было 4 класса, а в 5 класс мы ходили в Бахирево, 7 километров пешком. А зимой на квартире жили. Потом нас школьников заставляли ещё в колхозе в Бахирево работать. Тетрадей не было, писали в книжках между строчек. Вместо пера брали прутья от веников, а вместо чернил – сок свеклы. Мотивация такая была – если отлично получишь, значит, считай, одного фашиста погубил. Была в школе и военная подготовка, деревянные винтовки давали. А военруком у нас был фронтовик, муж Марии Петровны Лужковой, учительницы по русскому языку. Он с войны пришёл без руки.

В 46-м году, отец демобилизовался, и мы переехали в Родионовку.  Папа был трактористом и кузнецом, так вот кузнецом его в Родионовку и взяли. Там я пошёл в седьмой класс, год тогда голодный очень был. В Родионовке нас поселили в квартиру, и картофель выделили с колхоза, а картошка в подполье вся замёрзла. Голодно было очень, дядя мой работал на Скорой помощи на Аллочкином отроге (пос. Широкий), там же жила отцова мать. Отправили меня туда учиться, там столовая была при школе. Пошли мы с Сашкой – двоюродным братом в эту столовку, наелись  с голодухи супу из огурцов, как начало меня мутить от этого супа! Решил я домой вернуться, сел на товарняк и поехал. Сначала до Буреи, а с Буреи пешком до моей деревни, 35 километров. Шел  я, шёл, осталось километров восемь, решил передохнуть. Смотрю, стоит копна, глядь, а это соя, разбухшая такая, от дождя. Попробовал - вкусная! Наелся, домой пришёл, как начало меня пучить, живот раздулся. Опять бабушка меня лечила. Не поехал я больше в Широкий, стал в родионовскую школу ходить, а когда окончил 8 классов, с друзьями Сашкой Мацуком и Колькой Оленниковым узнали, что в Хабаровске есть горный техникум, и вот, никому не сказав, рванули мы из деревни  в Бурею.

Побег во взрослую жизнь

Пришли на станцию, походили: ни денег, ни еды, а надо в Хабаровск. Узнали, какой поезд нам нужен, в багажник вагона спрятались, раньше его ещё собачником называли. Приехали в Хабаровск, помылись на станции, пошли искать горный техникум, пешком ходили, попрошайничали у прохожих покушать.  Как нашли, пошёл первым Сашка Мацук экзамены сдавать, не сдал. Вышел, говорит: «Ух, как там строго!». Поехали, говорит, домой. Ну, мы обратно, на станцию, опять в вагоне спрятались и до Буреи, а в Бурее встретили Кравцова Витьку, он уже учился в Райчихе в ремесленном училище на машиниста.  Он нам туда и посоветовал, мы опять на товарняк, приехали в Райчиху. Училище тогда ещё в деревянном здании было, а в 48-м новый корпус в эксплуатацию сдали, мы один год перед выпуском в нём поучились.  В общем, сдали вступительные экзамены. Отправили нас в баню помыться, переодели, дали фуражки с эмблемой - молот и кирка; шинели; шерстяные рубашки и брючки; новые ботиночки. А дома нас уже искали к тому времени. Давай мы у директора проситься домой, оповестить родных. Отпустили нас, так же «зайцами» на товарнике до Буреи, а там пешком. Когда пришли, родители нас очень ругали, бабушка только заступалась. Но мы-то приехали в форме! Идём по деревне, девчат провожаем, вроде, мы уже как городские! Практику первый год проходил на немецких багерах (экскаватор для выемки торфа из залежи. авт.), добывал уголь. А учился я на электрика, на второй год практиковался на райчихинском ремзаводе. Когда окончил училище, с РМЗ подали на меня заявку, и я на заводе этом проработал до 52-го года. Тогда забрал сестрёнку из деревни, она училась на швею, а учили их в то время ещё на 41-м километре, там была пошивочная – деревянное здание. Мои друзья собрались на Сахалин, я их проводил, очень переживал разлуку с ними. Раньше уволиться было не так-то просто, я тогда написал заявление, которое дошло аж до министра угольной промышленности. Он дал разрешение, чтобы мне дали перевод в «Сахуголь», в Александровск. Приехал на Сахалин пароходом, добрался до Александровска. А там шахты были, шахтёры оттуда выходили, как черти – чёрные. Моя двоюродная сестра работала в то время в горкоме партии, она и говорит: «Володя, хочешь, я тебя в связь устрою? Ты же электрик!». Я и согласился. Тогда мы тянули линию связи – «воздушку». Копали ямы, столбы устанавливали.

Армейские будни

Так я всего полмесяца на Сахалине побыл, как пришла мне повестка в армию, забрали меня в Александровске, отвезли в Холмск, там месяц пробыли, оттуда в Совгавань… Было нас призывников тогда тысяч пять. Привезли нам вагон картошки, вот сиди и чисти её. А спали на жердях, на соломе. Потом повезли нас через Комсомольск во Владивосток, а оттуда попал в Реттиховку под Уссурийском– там была военная школа, я попал на кафедру оптических приборов: бинокли, дальномеры, перископы и т.д. Проучился там год, было там 150 человек с Сахалина и 150 человек из Белоруссии.  Был у нас Карамазин – запевала, до сих пор помню его частушку: «Тут живут однополчане – сахалинцы и минчане, здесь начальник Бурудук – туповатый как дудук. Даже шпак – дурная птица, Костю Минина боится». Константин Васильевич Минин – наш полковник был. Строгий, если по пути в столовую не перепрыгнешь через «козла» и «коня» - кушать не пойдёшь. Вся школа так шла и прыгала. Сам он был спортивный, если кто на кольцах не может крутиться, он сам китель снимет, и давай показывать, трюки выделывать. Боялись мы его, но уважали.  В нашей группе пятнадцать человек из тридцати закончили с отличием, без одной четвёрки, я в том числе. Вот тогда наш преподаватель Щербаков и говорит: «Володя, я слыхал, ты с Амурской области, - а я один был там амурчанин,  - есть там танковое училище в Благовещенске, надо им специалиста по оптическим прибором. Хочешь поехать?» Я обрадовался. Как же не хотеть, это ведь моя родина! Поехал я до Буреи, тётя с дядей тогда уже в Прогресс переехали, дома строили. Я погостил у них в отпуске, и отправился в танковое училище. Там год проработал, дали мне опять отпуск, поехал теперь на Сахалин. В Тымовске у сестры двоюродной остановился. Потом до Александровска стал добираться, расстояние километров 12 всего было, а ехали целый день. Дорогу от снега лопатами расчищали и проезжали. Когда приехали в Александровск, нас приглашали выступать в техникуме, в училище. Как только ехать обратно  - непогода, и мы вместо десяти дней отпуска пробыли там месяц.

Жизнь в Прогрессе

А когда я демобилизовался в 55-м году, отец и мать уже жили в Прогрессе. Приехал я сюда к ним, устроился во второе строительное управление в Новорайчихинске, электриком. А уже в 56-м избрали меня секретарём комсомольской организации. Зарплату мне тогда платил горком комсомола. Потом второе строительное управление перевели в Благовещенск. Поехал я в Благовещенск, назначили меня на спичфабрику механиком. Но потом вызвали обратно в Прогресс, в 3-е строительное управление. Работал секретарём комсомольской организации, потом пошёл механиком на участок. Строили ЖБИ. Потом меня избрали председателем профкома. Как секретарь комсомольской организации проводил соревнования среди комсомольцев, воскресники организовывал. Знаете, что Стекольный клуб  долго не могли пустить в эксплуатацию?! Здание построили, и десять лет оно стояло пустое, уже стало рушиться. Вот мы делали воскресники, мусор, камни оттуда вытаскивали.  Избирали меня ещё и внештатным секретарём горкома комсомола. На мне были комсомольцы Кивды, Новорайчихинска и Прогресса. Всей рабочей молодёжью руководил! Парк возле стадиона  мы вместе сажали. Колышки ставили, для каждой организации своя деляна: брикетная фабрика, трансформаторный завод, стекольный, ЖБИ… У каждого был план, сколько посадить деревьев. Преимущество отдавали белой берёзе. Стадион тоже сами делали, раньше стадион был возле клуба «Строитель», где сейчас шиномонтаж. На стадионе была трибуна, мы её перетащили на новое место, но потом её спалили. А душевая, где футболисты мылись  - до сих пор стоит, около «Лиги». Танцплощадку делали, сперва она на площади была, где памятник стоит. Огородили её забором, люди билеты покупали на танцы.  Делали мы -  комсомольцы, никто нам не платил!  Танцевали под духовой оркестр, хороший был оркестр! А как на ГРЭС идти – парк, там тоже мы закладывали берёзовую рощу. Был у нас летний клуб, так мы возле него тополя сажали, место там болотистое, специально такие деревья выбрали, чтоб воду высасывали.  Если какой дом сдавали, насаждение деревьев во дворе – моя задача. Начальник управления звонил: «Володя, бери молодёжь, сдаём дом, нужны деревья». Давали нам машину, ехали мы до Гомелевки. Выкапывали там молодые деревца и сажали... 

Прошло много лет со времён закладки парков и озеленения дворов. Деревца, высаженные под руководством Владимира Семёновича, давно выросли, и закрыли улицы посёлка от палящего летнего солнца. Он ещё помнит пустырь на месте парка, где теперь любят отдыхать прогрессовцы. Я не стала спрашивать у Владимира Семёновича, сколько ему лет. Понятно, что не мало, раз войну он встретил десятилетним мальчишкой. И, тем не менее, он ведёт активный образ жизни: сам водит автомобиль, ловко управляется с компьютером, его можно встретить на любом мероприятии посёлка, да ещё и музеем руководит. На мой вопрос, что для Вас в музее самое ценное, Владимир Семёнович ответил: «Всё! Каждая вещичка».  На стенде с фотографиями ветеранов я отыскала и его родственников  - отца и дядю. Дядя – Филипп Иванович Яковенко проработал всю жизнь в Прогрессе водителем "Скорой помощи", а воевал он на белорусском фронте, был награждён медалями «За взятие Кенигсберга», «За отвагу», «За победу над Германией», помимо медалей у потомков Филиппа Ивановича остались на память о деде трофейные золотые часы: После обстрела наступила тишина, не было ни звука, только что-то тикало в ушах. Когда Филипп огляделся, увидел рядом с собой убитого немца, а у него на руке тикали золотые часики. Солдат снял их и хранил всю жизнь, как память о тех боях. Потом передал внукам. А Владимир Семёнович собирает воспоминания обо всех героях той войны, просто так, чтобы мы не забывали. И эта статья о нём, не по поводу его дня рождения или Всемирного дня музеев и даже не по поводу Дня Победы, а просто потому, что живёт у нас в Прогрессе удивительный человек…

Надежда ДОЛГИХ

Е.А. Рыбальченко и ансамбль «Радуга» На минувшей неделе хореографический ансамбль «Радуга» дал показательное выступление для прогрессовцев, а ещё через день ансамблю было присвоено звание Народного. Главным стимулом этого прорыва стала новый руководитель ансамбля Елена Анатольевна Рыбальченко. Родители детей, посещающих ансамбль, не нарадуются на нового педагога. Действительно, человек живёт своей работой, Елена Анатольевна с удовольствием согласилась рассказать о своей деятельности.

- Елена Анатольевна, я слышала, Вы долго жили в Китае, там преподавали хореографию?

- Мы с мужем 6 лет жили в Харбине, до этого в Нанкине - древней столице Китая. Там есть государственная школа искусств, я проработала в ней год, в балетном отделении. Но в 2003 году началась эпидемия атипичной пневмонии, и все русские выехали оттуда. После этого мы жили в Корее, там я преподавала  русские народные танцы. В Харбине вела метисов, из русских был только мой сын. У тех деток было так -   мама русская, папа китаец. Мы занимались русской народной и классической хореографией.  Занятия проходили  только по субботам, воскресеньям, потому что всё остальное время у детей занимала школа, с утра и до вечера.

- Есть ли разница в менталитете у русских детей и детей в Китае?

- Да, несомненно, есть. В Китае детки более избалованные. У метиса мама обычно домохозяйка, а папа много зарабатывает, поэтому у ребёнка всё есть. Они такие все утонченные, избалованные. Лишний раз не надавишь на них. Но, тем не менее, концерты мы ставили. Есть в Харбине русский ресторан «Вокруг света», в нём нам давали сцену бесплатно. Как-то выступали на международном фестивале «Харбинская весна», получили диплом второй степени. Русские детки более старательные, более организованные. Есть у меня выдающаяся группа №1, с ними мы поставили много номеров. Они ходят три раза в неделю, а некоторые ещё два дня на дополнительные занятия.

- Когда вы берёте ребёнка в ансамбль, как определяете, будет с него толк? Наверняка, не всем дано танцевать.

- Бывает, что физические данные ребёнка не позволяют заниматься танцами. Есть такие дети, которых нельзя посадить на шпагат. Допустим, при врожденном гипертонусе. Такое бывает при тяжёлых родах у матери, если гипертонус не исправить до года, то он сохраняется и при растягивании мышц ребёнку всегда будет больно. Получается, мы внедряемся, нарушаем его физиологию. Есть дети, которые ходят просто для поддержки спортивной формы,  а есть дети от рождения настолько мягкие, что делай с ними что хочешь.

Перед тем, как взять ребёнка в группу, я проверяю его физические возможности, если вижу отклонения, прошу родителей сходить в поликлинику к педиатру и взять справку о том, что ребёнку можно заниматься динамическими движениями и растяжкой. У некоторых бывает заворот в паху, если попытаться посадить такого ребёнка на шпагат, можно вывихнуть ему бедро. Бывает, сердце слабое,  а у нас очень большие динамические нагрузки, особенно в период активных выступлений.

Есть у нас девочка – Даша Шелопугина, ей было очень тяжело заниматься, но благодаря своему упорству она добилась успехов. До зимы Даша нигде не танцевала, а сейчас мы поставили её в номер. Сейчас поставлю её ещё и в «Тарантеллу», и в «Васильковую страну». Бывает, детки приходят настолько закомплексованные внутренне, но со временем они раскрываются, с помощью определённых упражнений растягиваются, учатся концентрировать внимание, развивают физическую память.

- Все ли участники ансамбля попадают на сцену?

- Нет, не все. Кому-то до сцены надо заниматься год, а то и все три. Дети не обижаются, мы им объясняем. Обязательно просматриваем видеоматериал разных знаменитых ансамблей. Смотрим, как там артисты танцуют в одну ножку, улыбаются, кажется, всё им легко. Или детские коллективы смотрим, как все детки синхронно танцуют. Делю детей на две группы, одни занимаются, другие – смотрят, потом - наоборот. Так они находят друг у друга ошибки.  Посмотрев со стороны, понимают, что надо улыбаться, тянуть ножку. У каждого есть дневник с оценками, малышей это организует. Если все пятёрки – они радуются, а если четверки – то стараются дотянуть, работать лучше. Мы оцениваем внешний вид, поведение и занятия. Бывает, балуются, они же дети, самым младшим по 4 года.  Часто общаюсь с родителями. Они спрашивают, советуются. Разные проблемы бывают: то заболел, то устаёт после школы… Я прошу родителей, чтоб хоть немного баловали своих детей,  чтобы берегли их, они ещё маленькие, а уже такая нагрузка.

- Как рождаются движения для танца? И чем планируете порадовать зрителей в следующем учебном году?

- Навеять может что-то увиденное, но в основном приходит из жизни. Услышу хорошую музыку, и на ум приходят движения под неё. Например, «Якутяночка». Сначала я услышала музыку в старой версии, медленную. Потом нашла  в Интернете эту песню в современном исполнении. Вся композиция – движения, время выхода рисуются и прорабатывается на бумаге.

Что касается плана на следующий год, то на младшую группу, это детки 6-8 лет, я нашла хорошую музыку - польку на тему «Жила была бабочка»: бабочка вылетает на полянку и встречает своих друзей насекомых… Для средней группы музыка в русском народном стиле «Рыбаки»: мальчики идут на рыбалку с удочками, с вёдрами. Тут выходят девочки с венками и отвлекают мальчишек…

- Какая постановка у ваших ребят самая любимая?

- Знаю, что «Тарантеллу» они не очень любят. Радуются, если её мы «гоняем» всего один раз, потому что там всё на подскоках, ноги надо высоко поднимать. Любимые –  из новых: «Васильковая страна» и «Во дворе». Постановка «Во дворе» началась с того, что пришла на репетицию Даша Горбунова, а никого ещё не было, я думаю, чем время занять. Спрашиваю: «Что ты больше всего любишь делать?», она говорит: «Люблю на скакалке прыгать». И вот она начала прыгать под музыку, мы придумали небольшой этюд. Использовали его в октябре на День матери. А потом я случайно нашла музыку Россини, и родился номер «Во дворе», где сначала вышли со скакалками, потом с резинками, с куклами… Вот так, поговорили с ребятами, о том, во что они играют во дворе, и получился номер!

- Отдельных аплодисментов заслуживают костюмы в постановках. Придумать и создать их  - это хлопотное дело?

- Над костюмами «Васильковой страны» мы два месяца думали. Костюмер, Надежда Владимировна, перерыла  весь Интернет, с художником Верой Васильевной они зарисовали эскизы. У меня задумка была, василёк  - это целая планета, в нём есть свои жители, свои школьники. Может быть, вы заметили девочек с ленточками – они символизировали растительность. Четыре высоких девочки выбегали – у них костюмы сделаны в виде материка. Платья синие – это море, а сверху ткань-сеточка – это суша – материк. Этот танец мы готовили с октября и вот в первый раз выступили! Номер массовый, со сложными костюмами, в руках у девочек ещё были цветки, на портфелях у школьниц тоже василёчки, продумали каждую деталь, чтоб она была удобна, чтоб соответствовала идее.

Танец «Девичьи гадания» мы реализовали примерно за месяц, костюмы уже имелись в фонде клуба. «Экспрессию огня» (испанский танец) также делали с готовыми костюмами. На изготовление эскизов для танца «Матрёшки» много времени потратили. Ещё нам необходима специальная обувь. Часть хранится в клубе с далёких времён, наверное, ещё мамы наших девочек в них выступали, часть мы заказываем в Китае, они похуже, чем старые - советские.

- Раньше Вы жили в больших городах, а теперь в Прогрессе, Вам здесь нравится?

- Мне нравится моя работа, нравится находиться в этом Доме культуры. Когда я жила в Харбине, скучала по нормальному режиму работы. Тогда я мечтала, чтобы дети занимались в рабочие дни. А то в субботу, воскресенье – это очень мало, они за неделю всё забывают, приходят просто для здоровья позаниматься. А мне  нужен был результат.

До Китая мы жили в Хабаровске, и вот какое преимущество у маленького посёлка перед городом: здесь чистая вода, чистый воздух, можно набрать воды из-под крана и выпить её! Когда дочери исполнилось 7 месяцев, я с ней выехала из Китая. А муж и сын остались там. Муж учится в педагогическом университете в аспирантуре, ему остался год. Я проработала здесь год и мне уже жалко бросать своих детей. Считаю их своими, потому что они растут у меня на глазах. Жалко их оставлять, интересно, что будет дальше, уже хочется с ними куда-нибудь выехать, на конкурс или смотр. Они молодцы, старательные!

Сама я из Комсомольска-на-Амуре, когда училась в институте культуры в Хабаровске, познакомилась с будущим мужем, он сам из Прогресса, тоже хореограф. Пока мы жили в Китае, он решил время зря не тратить и поступил в педагогический университет, сначала два года учил китайский язык, а потом пошёл по специальности дидактика. Дидактика – это разные методики обучения, психология в педагогике, то есть,  что нужно делать, чтобы ребёнка научить. Если останемся в Прогрессе, когда приедет мой муж, хочу сделать с ним большую танцевальную сюиту «Утро в Харбине». Мы долго жили в Китае,  и каждое утро в 6 часов наблюдали такую картину - китайцы выходят на гимнастику, кто  с веерами, кто с мечами, они выстраиваются в зелёной зоне или во дворе, включают музыку и до восьми утра занимаются зарядкой. Кто маленькими группами, кто большими – до сорока человек. Затем они идут домой, переодеваются и на работу, к 9-ти часам.

- А ваши девочки, старшеклассницы, думают идти дальше в культуру? Вы с ними разговаривали о будущих профессиях?

- Они-то хотят в институт культуры идти, но думают, потому что родители настороженно относятся к такой профессии. Очень редко культура бывает денежной. Нужно войти в струю, чтоб хорошо устроиться. А так, кто школу милиции выбирает, кто юридический. Танец остаётся как хобби, для себя.

Надежда ДОЛГИХ

 

Ф.С.Калашников«Видел и виселицы, и сожженные с людьми дома… Фашисты сгоняли в дома семьи партизан, обкладывали соломой и поджигали»… Такие воспоминания всплывают в памяти ветерана, когда он говорит о войне. Боевой путь и нелегкие фронтовые будни отца знают все пятеро его детей.

Сейчас 87-летний Филипп Сергеевич Калашников живет один, но в главный праздник страны его навещают родственники, школьники и администрация поселка. 

Ему не впервой выступать перед гостями с речью, потому что он постоянно проводит «Уроки мужества» в школах и участвует в праздничных мероприятиях. И когда накануне Дня Победы в гости нагрянули журналисты, ветеран был при «полном параде».

— Только вот галстук не могу найти,— переживал Филипп Сергеевич.— Но я  его обязательно найду и надену 9 мая на праздник.

Голодный 33-й год

Детство маленького Фили было обычным: родился в Облучье в большой семье, из четверых детей был самым младшим. Отец работал на железной дороге путеобходчиком, мать — домохозяйка. Когда мальчику было четыре года, семья осиротела — главу семейства задавило поездом. Вдове  пришлось выйти на работу, на «железку», помочь в воспитании детей приехал дедушка.  Через два года мать Филиппа второй раз вышла замуж и увезла детей на новое место жительства  — в поселок Лондоко. Там в семье Калашниковых  стало уже  семеро детей.

Свое детство ветеран вспоминает часто, особенно голодный 1933 год. Дети тогда собирали ягоды, грибы, замерзшую картошку на полях, оставшиеся колоски пшеницы… Приносили находки маме, и она стряпала самые вкусные булочки и хлеб. А еще младшие  помогали старшим готовить дрова на зиму. 

— Помню, когда мне было лет двенадцать, я помогал отчиму дрова пилить и случайно палец ему отпилил, — вспоминает Филипп Сергеевич. — Он тогда схватил топор и за мной начал бегать! Сейчас вспомню — смешно становится, а тогда страшно было  — а вдруг догонит?!

До начала войны Филипп работал пастухом и успел окончить шесть классов. 

—У меня была отара овец, всего 800 голов, — рассказывает ветеран.— И вот однажды возле озера  я прилег отдохнуть, поднимаю глаза  — а там волк стоит возле леса. Я как вскочил и давать кричать! Орал так, как никогда в жизни…Он, видимо, испугался и убежал. Этот испуг помню до сих пор…

Эх, дорожка фронтовая…

В армию Филиппа призвали в 1942 году — война шла уже целый год. Молодых призывников отправили в Бикин на курсы старших сержантов. Выпустился Филипп Калашников старшим сержантом, командиром  танка Т-34. Всю войну он прошел бок о бок со своей боевой машиной.

 — Когда мы были под Минском, меня контузило, — рассказывает  танкист. — Бой тогда шел тяжелый, я  пять фашистских танков подбил! А их ответный удар пришелся по моему танку.. Помню, что в белорусском госпитале долго лежал… А вообще Т-34 самый лучший танк, а немецкие «Тигры» и «Фердинанды» хорошо горят.

Со 2-м Белорусским фронтом старший сержант Калашников прошел всю Европу, участвовал  в освобождении Белоруссии, Польши, Восточной Пруссии, форсировал Днепр, Одр  и дошел до Берлина. После окончания Великой Отечественной войны танковые войска перебросили на Дальний Восток для борьбы с японцами. Домой удалось вернуться только в 1950 году.

— Я так навоевался и столько повидал — не дай бог вам это увидеть! —  сокрушается воин-победитель. 

Сегодня ветеран живет не только воспоминаниями, от которых никуда не деться, но и заботами о своей большой семье: у него пятеро детей, 12 внуков, 14 правнуков и одна праправнучка! 

—  Пенсия у меня большая, поэтому каждый месяц стараюсь помогать детям деньгами. Вот сейчас закупили на всех картошки для посадки… А как же иначе? Жизнь прожить — не поле перейти.

Ирина Васюкова,

Газета «Амурская правда» от 08.05.2014 г.

Громкими аплодисментами, цветами и наградами встречали семьи прогрессовцев на сцене «Аполлона» в минувшую субботу. А поводом послужил особенный день - День семьи, любви и верности. Главной наградой этого праздника является   медаль «За Любовь и Верность».  Вручается она лучшим семьям России, у которых не менее 25 лет супружеского стажа и не менее 2-х детей, которых они воспитали достойными членами общества. В таких семьях, как у супругов, так и у их детей не должно быть разводов, а отношения строятся на удержании семейных ценностей, любви, верности и чадолюбии.

Алексей Исаакович и Любовь Степановна Родя

Знакомство

фото из семейного архиваВстреча Алексея и Любы состоялась в доме сестры парня, на вечеринке по случаю армейского отпуска Алексея, на которую она пригласила сослуживиц из детского сада. Молодому солдату сразу приглянулась Люба, как он выразился: «душа позвала». Алексей уехал дослуживать, молодые год переписывались. Вернувшись с армии, Алексей сделал предложение Любе.

Трудовые будни

Алексей Исаакович  34 года работал в ГАИ, прошёл путь от автоинспектора до начальника. А уже будучи на пенсии работал заместителем главы посёлка, директором «Амурдаск». Любовь Степановна всю свою трудовую жизнь отдала воспитанию детей в детском саду.

Дети

Любовь Степановна подарила мужу 2-х дочерей и сына. Сегодня, все они живут в Хабаровске. Старшая работает в хабаровском суде, вторая - занимается бизнесом, а сын Дмитрий пошёл по стопам отца, ныне он капитан полиции.

Дочери подарили дедушке и бабушке внучку и внука, которых назвали в их честь - Любой и Лёшей, сейчас они уже студенты. А год назад семья Родя пополнилась ещё одним внуком – Артёмом, сыном Дмитрия.

Увлечения

Алексей Исаакович и Любовь Степановна люди  необыкновенной широты души, многие, наверное, знают, что Алексей Исаакович принимает активное участие в возведении храма в поселке, пожертвовав  на строительство значительную сумму. Они много лет занимались пчеловодством, подсобным хозяйством.

Алексей Исаакович и Любовь Степановна заядлые цветоводы и огородники, на их усадьбе с весны и до осени  все красочно и зелено.  Возведены теплицы,  не преставая цветут самые разные сорта цветов и вызревает отменный урожай клубники. А когда приходят холода в их доме зацветает примула.

Необычайной теплотой веет от этой замечательной супружеской пары, и чествуется, что это один целый организм.  Как сказали сами супруги: «Мы все эти годы прожили душа в душу», а это, согласитесь,  главная оценка семейным отношениям.

Еще одна супружеская пара в этом году отмечает свой изумрудный юбилей - супруги Рузанкины.

Знакомство

Фото из семейного архиваПознакомил Павла и Надежду брат Нади, который работал вместе с Павлом. Она в то время жила и работала в Биробиджане на швейной фабрике и в августе 59-го года приехала в отпуск к родителям. Знакомство случилось на танцах, домой шли все вместе, так как жили на одной улице.

Трудовые будни

с 60-го года и до пенсии Павел Николаевич работал сварщиком на заводе «Амурдормаш».  Надежда Пантелеевна  свою трудовую деятельность начала с семнадцати лет, работала на ГРЭС, кассиром в грэссовском ДК, и 31 год счетоводом-кассиром в ЖКХ.

Дети

У Надежды и Павла два сына и трое внуков.

Семилетовы Федор Матвеевич и Валентина Михайловна

Знакомство

Фёдор и Валентина встретились  на танцплощадке. Тогда Валя работала на брикетной фабрике и ей нужноФото из семейного архива было идти в ночную смену. Фёдор пошёл провожать очень понравившуюся ему девушку. Так между ними и завязалась дружба. Около года молодые встречались, а затем поженились.

Трудовые будни

Большую часть жизни Валентина Михайловна была бухгалтером в ОРСе посёлка Прогресс. Фёдор Матвеевич – сварщик 6-го разряда.

Дети

У дочери и сына Семилетовых разница в возрасте – 13 лет. Сегодня дочь Наталья живёт с семьёй в Комсомольске-на-Амуре, а сын Андрей – предприниматель в Прогрессе.

Уже выросли и внуки Фёдора и Валентины, двое из них работают на металлургическом заводе. Есть и правнучки Полина и Маруся.

 Семейное хобби

 Валентина Михайловна всегда любила спорт и путешествия. Живя на Севере все время посещала группу здоровья, бассейн. Постоянно в отпуск семьей ездили отдыхать на море. С большой теплотой Валентина Михайловна вспоминает свой дружный орсовский коллектив бухгалтерии, когда жили, как говориться небогато, но было много доброты, веселья и доброжелательности.

Федор Матвеевич очень увлеченный человек, в молодости занимался рыбалкой, пчёлами. Очень любит свою профессию и передает молодежи свой опыт. Его до сих пор приглашают на работу, и он с удовольствием трудится и сейчас.

Следующий рассказ о золотых юбилярах - семье Попковых.

Знакомство

Фото из семейного архиваПознакомились молодые Алла и Виктор на мосту. Алла с подругами шла через мост в клуб, а Виктор с друзьями шел с песнями навстречу.

Трудовые будни

Алла Петровна 15 лет проработала воспитателем  ясельной группы в д/с «Теремок», а далее 20 лет мастером тепличного хозяйства в совхозе «Прогресс»,  в 96-м году ушла на заслуженный отдых. Виктор Константинович после службы в армии долгие годы работал на светотехническом заводе, а последние 8 лет перед пенсией трудился на заводе «Амурдормаш» слесарем-инструментальщиком.

Дети

В семье Попковых два сына, внук и внучка. Так сложилось, что внука Максима Алла и Виктор воспитали сами, сейчас ему 22 года, а живет Максим во Владивостоке.

Увлечения

    Семья Попковых всегда вела активный образ жизни, ездили на рыбалку, турбазу. Виктор Константинович 25 лет играл в футбольной команде и часто вместе с женой и детьми отправлялся на соревнования по всей области. Супруги Попковы заядлые дачники-огородники. Выйдя на заслуженный отдых, они все свободное время посвящают выращиванию фруктов и овощей.

    Алла Петровна призналась: «Я прожила счастливую жизнь, и горжусь тем, что мы с мужем прошли рука об руку вместе 50 лет».

Молибог Игорь Михайлович и Ольга Яковлевна

Знакомство

Познакомились Игорь и Ольга в январе благодаря морозу! Вечером Ольга проверяла тетрадки учеников уФото из семейного архива себя в общежитие, а Игорь с друзьями зашел на огонек, чтобы погреться. Тут-то и состоялась их судьбоносная встреча, а 4 августа того же года влюбленные сыграли свадьбу.

Трудовые будни

Ольга Яковлевна уже 20 лет  трудится учителем географии в школе №7. Игорь Михайлович 15 лет отработал на ГРЭС, а ныне  Генеральный директор предприятия «Промэнергосервис».

Дети

Старшая дочь Наталья живет в  Тынде, где работает главврачом Роспотребнадзора по Тындинскому и Сковородинскому районам. Она подарила бабушке и дедушке замечательную внучку Светлану, которая в этом году пойдет в школу. 

Младшая Ксения живет в Благовещенске, окончила энергетический факультет АмГУ, в декабре родила внука Мишу.

Увлечения

Главное  хобби Игоря Михайловича – это  охота и рыбалка, и он считает себя в этом деле настоящим профессионалом. Ольга Яковлевна любит собирать грибы, до недавнего времени до фанатизма увлекалась вязанием, а сейчас свою любовь и свободное время отдает внукам.

Эта замечательная семья - большие любители  природы, часто отдыхают на реке, озере или море.

Свой 25 летний юбилей в этом году отмечает семья Тульских

Фото из семейного архиваЗнакомство

Ольга и  Юрий были знакомы со  школьных лет, так как оба занимались спортом - баскетболом. Уже будучи студентами, они поехали на рыбалку с общими знакомыми. По-видимому там и пролетела между ними первая искорка, но у каждого есть друг и подруга. Они разъезжаются по местам учебы и работы. Через некоторое время Ольга ссорится со своим молодым человеком и при встрече с Юрием отчаянная, красивая и смелая активистка предлагает ему: «Юра, хочешь на мне жениться?».

На что опешивший Юра отвечает «Хорошо, я подумаю».  На следующий день раздался стук в дверь, на пороге стоял Юрий: «Ольга, твое предложение еще в силе? Если «да», то я согласен!» Так и завязались отношения.

Трудовые будни

В 90-е семья Тульских жила в Белогорске, затем в Хабаровске, а в 2000 году на семейном совете было принято решение переехать в Прогресс. Юрий Геннадьевич занимается разведением подсобного хозяйства. Ольга Владимировна идет работать в больницу врачом офтальмологом. Карьера продвигается стремительно. Ее назначают заместителем главного врача по ГО и ЧС. Затем заместителем главы администрации по социальным вопросам. Был трудный момент в жизни, когда Ольга Владимировна в течение года не могла устроиться на работу. Муж и дети полностью ее поддерживали, и она занялась общественной работой. Проводила ярмарки здоровья, акции «Свеча памяти», «Книга памяти».

С 2010 года Ольга Владимировна является главным врачом больницы поселка, а также секретарем местного отделения всероссийской политической партии «Единая Россия», а Юрий Геннадьевич – ее заместителем.

Дети

Родители по праву гордятся своими детьми.

Сын Андрей окончил Дальневосточное командное училище, офицер, Ветеран боевых действий, награжден медалью «За боевые заслуги». Ныне заканчивает юридический факультет ТОГУ в Хабаровске. Приезжая в отпуск занимается военно-патриотическим воспитанием молодежи в поселке.

Дочь  Светлана  – студентка 3-го курса Амурской Государственной медицинской академии. Учится на хорошо и отлично. Занимается научной деятельностью, музыкой, является серебряным призером областных соревнований по шахматам.

Увлечения

Юрий Геннадьевич любит рыбалку, занимается кулинарией.

Ольга Владимировна любит поэзию, чтение, замечательная  хозяйка, создает в доме уют и тепло.

В свободное от работы и политики время, а его, по-видимому, при таком ритме жизни не так и много, семья Тульских любит выезжать  на природу.

Свой рубиновый юбилей в этом году празднует семья Захаровых

Фото из семейного архиваЗнакомство

Судьбоносная встреча Владимира и Зинаиды произошла в Доме культуры. Владимир приехал на каникулы, пошел с другом на танцы, смотрит, стоит в сторонке, скучает девчонка, пригласил на танец, а после пошёл провожать домой.

Полгода, пока Владимир заканчивал техникум, они с Зиной переписывались, а затем поженились.

Трудовые будни

После окончания Хабаровского механического техникума, Владимир Викторович пришёл работать на завод «Амурдормаш» мастером механического участка, затем, некоторое время работал на Светотехническом заводе, после чего вернулся на родной завод, откуда и ушел на заслуженный отдых. Зинаида Павловна также работала на Светотехническом, а затем четверть века на «Амурдормаше».

Дети

Зинаида Павловна и Владимир Викторович очень гордятся своими детьми, зятем, невесткой. Все они трудятся на ГРЭС.

 Дочь Наталья работает инженером по технике безопасности, активистка, постоянно участвует в общественной жизни предприятия.

Сын Юрий -  начальник цеха по углеподаче.

Наташа подарила бабушке с дедушкой двоих внуков, а сын Юрий осчастливил родителей внучками.

Увлечения

Владимир Викторович в молодости увлекался спортом, имеет первый разряд по лыжам. Ныне увлекается рыбалкой, а хобби Зинаиды Павловны – внуки и  дача, на которой она выращивает тюльпаны и розы, устраивает семейные праздники.

Зинаида Павловна считает себя счастливой женой, матерью, бабушкой. Рада, что у нее внимательный и заботливый муж, а Владимир Викторович поделился, что у него замечательная жена, которая никогда его ни в чем не ущемляла, и поправляется, конечно, в рамках дозволенного.

Кудак Виктор Сергеевич и Надежда Анатольевна

Знакомство                                                                                                                                     

Погостить в Прогрессе Надежду позвала подруга по институту. Поистине браки совершаются на небесах,Фото из семейного архива потому что случилось так, что в то время Виктор был на работах в колхозе и вообще не должен был появиться в посёлке.  Подруга с супругом и гостящей Надеждою поехали в гости к родителям мужа (брата Виктора) в Малиновку, а Виктора по стечению обстоятельств отпустили домой и он нечаянно негаданно приехал в то же время. Так они и познакомились. И это, можно сказать, была любовь с первого взгляда. Надежда уехала учиться дальше, Виктор стал приезжать в гости, а по окончании института они поженились.

Трудовые будни

Очень примечательно, что супруги всю свою сознательную трудовую деятельность  каждый посвятил  одному предприятию и, даже выйдя на заслуженный отдых, продолжают там трудиться. Виктор Сергеевич работает на ГРЭС заместителем начальника электроцеха, а Надежда Анатольевна уже 33 года преподает математику в школе №7.

Дети

Особенная гордость родителей – три дочери. Все успешно закончили школу,  две с серебряными медалями. Окончили экономический факультет АмГУ.  Проживают в Благовещенске.

Старшая Юлия работает в главном управлении МЧС заместителем главного бухгалтера. Средняя – Марина, начальником офиса Сбербанка. Младшая – Анна, бухгалтер на предприятии «Корейский дом». У Надежды Анатольевны и Виктора Сергеевича двое внуков Константин и Тимофей и внучка Катя.

Увлечения

В молодые годы Виктор Сергеевич активно занимался волейболом, а Надежда Анатольевна своим увлечением удивила: будучи студенткой, она занималась прыжками с парашютом, имеет 3 разряд по парашютному спорту и диплом инструктора. А сейчас Виктор Сергеевич в сезон охотится на уточек, у Надежды Анатольевны  и работа, и хобби всё в одном лице – школа. Как она выразилась: «Расслабляться некогда. Ученики - это большой стимул, рука всегда на пульсе жизни». Ну и, конечно же, дача. Мама и папа - это, так сказать, база снабжения овощами детей в городе. В общем семья Кудак – дружное семейство, и если какой-то праздник  не получается отметить вместе, то Новый год – это святое. 

Семья КучерНаша жизнь течет стремительно. Меняются условия жизни, интересы людей, другими становятся нравы. Но мы верим, что вечно будет существовать любовь, и новые поколения, как встарь будут  надевать на пальцы обручальные кольца. И как подтверждение этому,  на празднике присутствовала молодая пара, которая вступила в брак пару часов назад: Кучер Александр и Светлана!

За  предоставленный материал редакция газеты благодарит заведующую культурно-досуговым отделом МАУК «Аполлон» Елену Юрьевну Романюк

 

Сообщи новость!

Вы можете сообщить нам свою новость, прикрепив файл с текстом новости в поле ниже. Поля, отмеченные * обязательны для заполнения!

Ваше имя:*
Пожалуйста, заполните поле!

E-mail:
Пожалуйста, введите корректный E-mail!

Ваш телефон:
Пожалуйста, заполните поле!

Прикрепите файл:
Пожалуйста, приложите файл с текстом статьи.

Комментарий:
Пожалуйста, заполните поле!

Введите число с картинки*